Найди сердце королевы

Сладкие, приятные, невероятные движения между моих ног… Я никогда не думала, что что-то может вызывать такие сильные чувства, когда кажется, что ты вот-вот откинешься от удовольствия и не будешь даже жалеть о такой глупой смерти.

Я чувствую, словно что-то ползёт по моим раздвинутым ногам к той самой точке, в которой всё и происходит. Что-то тянущее и изнывающее.

Комнату заполняют причмокивания Гая, мои тихие стоны и звук трения кожи о кожу, когда я извиваюсь на диване, не в силах лежать ровно и спокойно. Я опускаю вниз руку, касаясь головы Гая, и запускаю пальцы в его волосы.

– Гай… – хнычу я, чувствуя, как тело загорается всё сильнее и сильнее от его напористых движений языком.

– Осталось немного, милая, – сбивчивым дыханием сообщает он. Его руки опускаются с моей талии к ногам, и он держится за мои бёдра, сжимая кожу пальцами и не давая мне свести ноги вместе.

И он прав. Осталось немного.

А потом Гай вдруг отодвигается, и я больше не чувствую его губ и языка у себя между ног. От разочарования едва не плачу, беспомощно моля его продолжать.

Лицо Гая вдруг оказывается у моего уха, а рука, опустившись ниже, проводит по тому моему месту, которое изнывает и ноет уже несколько минут. Он делает несколько быстрых круговых движений и шепчет:

И будто под его приказом я распадаюсь на миллион частей, когда удовольствие, достигнув пика, выбирается наружу мощным порывом.

Крик вырывается из горла прежде, чем я успеваю это осознать. Моё влажное тело трясётся и дёргается, а я не могу никак это проконтролировать. Я дрожу, каждая клеточка моего тела дрожит вместе со мной.

А Гай отходит, словно с удовольствием рассматривая результат своей работы.

– С днём рождения, Каталина Харкнесс, – усмехается он.

Наутро своего дня рождения я просыпаюсь в спальне Гая.

Не помню, в какой момент вчерашней ночи он перенёс меня сюда, но, хоть вчера я испытала нечто невероятное, никогда прежде мне не знакомое, я в какой-то степени разочарована тем, что мы не занялись любовью в полном значении этой фразы.

Я привстаю на локтях, а затем моментально поворачиваю голову на звук открывшейся двери. Гай выходит из ванной: голый по пояс, в одном полотенце, обёрнутом вокруг пояса. Я сглатываю, глядя на V‐образную форму его торса, на две линии, словно указывающие на то, что находится у него под полотенцем.