Найди сердце королевы

Вистан снова…

– Да. – Я сглатываю комок, не желая продолжать эту тему. – Но давайте не будем вспоминать об этом.

Интересно, знают ли они, что меня заставили стрелять в Гая? О том, что мы пролежали целую ночь в подвале, пока он истекал кровью у меня на глазах?

– А откуда вы знаете об этом? – спрашиваю я.

– О таких вещах, как наказание наследника, узнаёшь быстро, – сообщает мне Нейт с той же мрачностью. – Все об этом болтают.

– Почему вы сюда пришли? – недоумеваю я, оглядывая обоих. – Вам не дороги ваши жизни? Вы ведь практически предатели, по мнению Вистана.

Джаспер, всё это время стоявший около двери, делает шаг вперёд, поднимая руку, и говорит:

– Это я их впустил. Они предателями были, да, но босс после того, что ты сделала с Гаем, остался слишком впечатлён, чтобы думать об этих двоих. Так что теперь они свободны как корабли в море.

Нейт с Зайдом переглядываются, а потом смотрят на меня в ожидании ответов.

– А что ты сделала с Гаем? – хмурится Нейт. По голубым глазам видно, как ему не хочется слышать что-то плохое, хотя ожидает он именно этого.

Я не в настроении ничего им объяснять, не хочу возвращаться к тому событию. Оно лишний раз напоминает мне о том, что я желаю смерти Вистана больше, чем когда-либо ещё, но плана это осуществить пока нет.

– Не буду рассказывать, – выдаю я.

Зайд цокает и закатывает глаза. Поддевает языком пирсинг: он часто теребит этот кусочек металла, когда нервничает или возбуждён.

– Ну ты серьёзно? – поднимает он брови. – Джаспер, что она сделала с Гаем?

Я отхожу к Джасперу и толкаю его назад, как бы намекая, что, если он проговорится, ему мало не покажется.

– Желание дамы – закон, – произносит, обращаясь к Зайду.

– Ух ты, мне пиздец как нравится Каталина, перед которой зассал даже самый крутой наёмник, – издаёт смешок Зайд. – Так держать, наша девочка.

Нейт тем временем не выглядит весёлым и взбудораженным. И когда я вижу его в таком состоянии, мне вспоминается его детство.

– На самом деле, мы всё знаем, Лина, – отвечает он вдруг. – Говорю же, слухи здесь разлетаются быстро.

Меня охватывает невообразимое сожаление. Такое, что я опускаю голову, будто провинилась перед человеком, который возлагал на меня невероятно высокие надежды.

– Эй, я надеюсь, ты не винишь себя? – спрашивает Нейт, подойдя ближе.

– Да нет, винит, – произносит Зайд, скрещивая руки на груди. – Да ещё и пиздец как сильно. Оно же видно.