Найти «Сатану»

 – Заблокировать выход из тоннеля! Никого не впускать, никого не выпускать! – Он поднес ко рту портативную рацию. – Триста двадцать шестой – семьдесят седьмому!

– На связи триста двадцать шестой! – тут же отозвался командир вертолета.

– Сообщите в штаб: имели огневой контакт с диверсантами, подполковник Дыгай погиб, двое бойцов ранены! Противник частично уничтожен, несколько диверсантов проникли в тоннель УКП!

– Вас понял, семьдесят седьмой, – ошарашенно отозвался пилот.

Они вышли в пустой коридор и подошли к соседней двери.

– Мой заместитель в отпуске, – пояснил Полибин. – Поэтому я разместил у него следователей…

– Большое спасибо! – в очередной раз и с неменьшим сарказмом поблагодарил Балаганский.

И в очередной раз давний товарищ не ответил. Да и товарищи ли они теперь?

Кабинет заместителя по размерам и оформлению был приблизительно такой же, как у начальника: пустой полированный стол отсутствующего хозяина, чуть повернутое мягкое кресло с подголовником, сзади зашторенная карта, сейф, дверь в комнату отдыха… С портретов на стене так же строго глядят руководители страны и товарищ Дзержинский.

Лишь часы, что пониже портретов, здесь не в белом, а в бежевом корпусе. Да стучат чуть погромче. Или это Георгию показалось?

Ближе к окну – длинный стол для совещаний, стулья с высокими спинками. Во главе, тяжело опираясь локтями о столешницу, восседает немолодой грузный генерал-лейтенант с бульдожьим лицом и глазами-буравчиками.

По правую руку – хорошо знакомый Балаганскому генерал-майор Петин. Они многократно встречались на ЧП с «карандашами» – Петин обычно руководил следственной группой и всегда был в костюме с галстуком, сегодня главком впервые увидел его в отутюженной, тщательно подогнанной форме. Следователь был во всеоружии: перед ним лежал какой-то бланк, ручка, блокнот, а в руках он крутил маленький цифровой диктофон.

– Проходите, Георгий Петрович, присаживайтесь. – «Бульдог» указал на стул слева от себя.

Лицо его ничего не выражало.

– Я вам больше не нужен? – спросил Полибин. Держался он несколько скованно, очевидно, понимал: если что случится, привлекать его к ответственности будут именно эти люди.

– Большое спасибо, – так же безэмоционально кивнул «бульдог». – Можете быть свободным.

Полибин вышел и тихо закрыл за собой дверь. Балаганский ему позавидовал: он бы тоже хотел «быть свободным» и уйти отсюда.