Найти «Сатану»

– Получится, Леонид Ильич! – сказал Головлев.

И Усов кивнул, вроде поддержал.

– А ты, Константин, что скажешь? – продолжал сомневаться Генеральный секретарь.

– Михаил Федорович со мной советовался. Думаю, он прав. Мало ли что американцы задумают… Пусть у нас эта ракета как засадный полк в этой, как ее, битве.

– Гм… Так что, будем выносить вопрос на Политбюро?

Маршал Уваров едва заметно покачал головой.

Черненко доверительно нагнулся к заросшему волосами уху Генерального.

– Вопрос уж больно деликатный. Никаких официальных решений тут быть не может.

В кабинете повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь сопением хозяина. Черненко, различающий оттенки этого сопения, мог определить в нем оттенки недовольства. Остальные присутствующие, похоже, перестали дышать вовсе. Чувствовалось, что дело идет к провалу. Все знали, как это бывает – раздраженный взмах руки и окрик: «Куда вы меня втягиваете?! Забудьте всю эту ерунду!»

Но тут проиграла короткая мелодия и портсигар раскрылся.

– Ладно, работайте! Только чтобы действительно комар носа…

Генсек замолчал – он устал. Черненко сделал нетерпеливый жест рукой – будто крошки со стола смахивал.

Визитеры облегчённо выдохнули, развернулись и направились к двери.

Обратный путь по длинным коридорам показался Головлеву значительно короче. У здания Сената их ждали машины: министра обороны – «членовоз» «ЗИЛ-114», прозванный так потому, что на нем возили только членов ЦК КПСС, главнокомандующего РВСН – транспорт попроще – «Чайка», а конструкторов – обычная черная «Волга» на двоих, которая казалась совсем невзрачной на фоне автомобилей для высшего руководства.

– Спасибо, товарищи ученые! – маршал Уваров демократично пожал руки Усову и Головлеву, а Толстунова придержал за рукав.

Тот понял и тоже попрощался с конструкторами. Те погрузились в «Волгу», и она, нарушая субординацию, объехала «ЗИЛ-114» и «Чайку», направляясь к Спасским воротам.

– Ну, я свое дело сделал, вопрос решен на высшем политическом уровне, – негромко сказал министр. – Дальше твоя работа. Задача ясна?

Он сунул Толстунову сухую, узловатую, откровенно старческую руку и сел в предупредительно открытую адъютантом дверь своего «ЗИЛа».

– Так точно, товарищ министр! – отрапортовал главком в сухую, согбенную спину.