— Грабежей не было? – заинтересовался Арнот – караван так и напрашивается, чтобы его грабанули!
— Против батальона солдат – ну кто пойдет грабить? Часть отправляется на корабле, который тоже идет под охраной. Попытки ограбить случались, но заканчивались дурно для разбойников. Шусард богатый город, деньги в столицу идут хорошие, но и на содержание чиновников остаются круглые суммы. Потому должности в управе у нас ценятся. Тем более, что это дает возможность брать взятки – что они и делают. Но это вы лучше меня знаете.
Вот как выглядит структура власти города: Глава с чиновниками, выбираемый обществом города. Гарнизон – формально подчиняющийся военному министерству, находящемуся в столице, но финансируемый городом. Зарады купцов и ремесленников – выставляющие своих представителей на выборах, и дворяне – немногочисленная, но могущественная группа. Примерно так. Если не наладить контакты со знатью Шусарда, возникнут большие проблемы. Учти это.
— Ты преувеличиваешь – усмехнулся Нед – мы можем наладить отношения и с другими городами.
А кроме того – у нас сила. И если Шусард нас отвергнет – сумеем заставить его делать то, что мы хотим. Поверь мне.
— Как ни странно – верю – усмехнулась Гира – ты заставишь. То-то все в городе задергались, ищут твоей дружбы! Погоди еще – скоро придут знакомиться, искать покровительства. И тебе придется разбираться – кому можно верить, а кому нельзя. Я многих в городе знаю, так что подскажу.
— Ты такая молодая, и всех знаешь? – недоверчиво переспросил Харалд — откуда? Тебе всего двадцать лет, и ты так разбираешься в хитросплетениях городских интриг? Как так вышло?"
"— Я дворянка – улыбнулась Гира – восьмого ранга.
Но… обнищавшая дворянка. Что, впрочем, не мешает мне быть вхожей во множество домов города. А еще – я магиня! И не просто магиня, а сильная магиня, лекарка, что бывает довольно редко – женщин–магов очень мало, по всей стране. И еще провидица. А наши горожане любят, когда им предсказывают будущее.
Меня уважают в городе, хотя в своей агаре я всегда была на положении изгоя. Многое пришлось изучать самой – покойный глава агары отказался меня учить – чтоб он вечно мучился на том свете! Меня отдали на обучение в агару как только я начала понимать речь. Мать отдала – покойная. Она родила меня, когда ей было сорок лет – почти старушка. Умерла, когда мне было пятнадцать лет. С тех пор я живу сама по себе. Отца я не знаю. Мать отказалась назвать его имя.
