Кто-то тебя проклинал, кто-то наоборот говорил, что на тебя навесили чужое преступление, и как бы сам Бранк не был в нем виноват. Ведь после смерти старосты он стал старостой. Богаче и влиятельнее его не нашлось, вот Бранка и выбрали. Приезжал лекарь, Сенерад – они с Бранком разговаривали, и лекарь шибко ругал его – не знаю за что, но материл его самыми черными словами. Потом лекарь куда-то уехал, и теперь у нас нет настоящего лекаря, только знахарка Дрогна, ты ее знаешь. Толку от нее не очень много, но другой-то нет.
Отвары она делает неплохие, но магией не владеет. Ну вот… живем, тебя иногда вспоминаем – куда, мол, делся. Торгуем, работаем.
Женщина помолчала, потом робко спросила:
— Скажи… а это правда, что ты заколдовал дочь старосты, и еще трех парней? Или ты ни при чем?
— Причем – кивнул Нед – я. Они пришли вчетвером и стали надо мной измываться. Я и не стерпел. Засадил им демонов в голову. А что, они еще живы?
— Живы – кивнула головой женщина – лежат, под себя гадят.
Едят, если им в рот ложку с едой сунут. Больше ничего не делают. Смотреть страшно… лучше бы сразу убил, чем такое мучение им, и их родителям. Кузнец грозился тебя убить, как увидит. Ты с ним поосторожнее – он такой сильный – просто ужас какой! Он лошадь как-то на спине поднял! Вот какой здоровый! И трактирщик обещал с тебя живого кожу снять. А тогда… Антура… тоже ты? Он умер…
— Антур был мерзкой скотиной – угрюмо бросил Нед – да, я.
И не жалею. Ненавижу людей, которые измываются над другими. Что касается кузнеца – пусть попробует убить. Интересно будет посмотреть… А трактирщик сейчас сидит и трясется, в штаны наложил. Небось и забыл, как я выгляжу. А дочь старосты… ведь я когда-то был в нее влюблен. Она красивая была. Самая красивая в деревне."
"— И не ты один был влюблен – усмехнулась Седора – многие по ней сохли, даже взрослые мужики. А она была… хммм… разборчива.
Девка с норовом, вредная. Папаша староста, как же! Жалко все равно ее… может — возможно вылечить? Как считаешь? К ней пробовали привозить лекарей из города – мать привозила. Нет – не выходит. Не получилось у них. Говорят – не в наших силах. Так-то их время от времени подлечивают. Им даже лучше становится. Но потом опять все хуже и хуже. Вообще – народ говорит, что ты тут ни причем, это, мол, наказание за гордыню и строптивость.
