А помнит ли он меня вообще? И стал бы помогать? Зачем тогда я все помню???
— Если такая прекрасная девушка плачет, то она либо разочаровалась в любви, либо попала в беду, — слышу голос и поднимаю голову. Угадавший и с первым, и со вторым явно стоит того, чтобы на него посмотреть.
Возле меня, сложив руки на груди и вытянув длинные ноги, сидит молодой мужчина. Поймав мой взгляд, с готовностью улыбается, и первое, на что я обращаю внимание — его губы. Красиво изогнутые, они чуть кривятся в улыбке, напомнив мне… Никого не напомнив.
Никого.
Мужчина подбирается, садится ровнее, и его взгляд теперь так откровенно заинтересован, что я невольно краснею.
— Когда вы не плачете, вы еще красивее, — его голос журчит и обволакивает, я тоже выпрямляюсь и сажусь ровнее. — Вы просто обязаны мне все рассказать.
И ошибочно истолковав мое молчание, спохватывается.
— Все верно, с незнакомцами, пристающими на улице, разговаривать не следует. Предлагаю это исправить. Меня зовут Тагир, — и улыбается так широко и обезоруживающе, что я не могу удержаться от ответной улыбки.
Глава 11
Сегодня счастливый день — я стала женой Тагира. Агата Мансурова звучит, конечно, не так красиво, как Агата Дворжецкая, но муж захотел, чтобы я носила его фамилию. Хоть Дворжецкая — это уже довольно известное имя в определенных кругах, но я так благодарна Тагиру, что соглашаюсь на все. Это даже приятно, к примеру, Агатой Ямпольской назвать меня никто не захотел.
Наш роман был скоропалительным и быстрым, но я неожиданно для себя легко погрузилась в новые отношения.
Наверное, устала от бесконечного ожидания, а особенно к этому подтолкнули последние фото Ямпольского. Я даже ахнула, когда их увидела.
Арсен изменился, исчезла его вечная мрачность и отрешенность, на некоторых снимках он даже улыбался. Из глаз ушла ледяная пустота, он теперь казался довольным жизнью, в которой мне по-прежнему не было места. И я решилась впустить в свою жизнь Тагира. И не только в жизнь.
Он уже вошел в нее, очень стремительно, сразу взяв все под свой контроль. В первую очередь, заказал для Януша инсулиновую помпу — довольно дорогостоящий прибор. А затем предложил оплатить операцию.
Я была поражена, меньше всего Тагир походил на мецената или спонсора.
— Конечно, нет, Агата, — успокоил он меня, — я ни то, ни другое."
"На мой вопрос, почему он тогда так щедр, честно признался, что влюбился и надеется, что я выйду за него замуж.
