Что через две недели можно сделать анализ ДНК, и, если Агата беременна от мужа, с чистой совестью отправить ее обратно к Мансурову.
— Почему ты не хочешь просто избавиться от этого ребенка, Арсен? — спросила Ирма, а потом добавила изменившимся голосом: — Если тебе нужен наследник, то я могла бы…"
"— Не нужен, — перебил ее Ямпольский, — у меня есть наследники. Ты что не понимаешь, Ирма? Этот ребенок уже есть, и, если он мой, он останется в этом доме.
Ирма сама предложила Арсену меньше пересекаться с Агатой и пообещала проследить, чтобы девушка ни в чем не нуждалась.
Она вообще потрясающая женщина — чуткая, тактичная, нетребовательная.
Когда они начали встречаться, Арсен сразу предупредил, что ничего обещать ей не может, мало того, она знала, что его привычки в отношении эскортниц не изменились. Но молча это приняла, потому он и решил съехаться с ней после того, как ему «приснилась» Агата. И исключить из жизни эскорт.
Арсен был ей очень благодарен, и все же одежду для Агаты поехал выбирать сам, не представлял, кому это можно доверить.
Особенно выбор белья. Да и кто бы справился лучше, если стоило глаза закрыть, сразу же все вставало? И перед внутренним взором, и вообще. Как выяснилось, то, что она оказалась предательницей, его тело волновало мало.
А потом Алексей подтвердил, что Агата внесена в «черный» список посетителей в главном офисе.
— Что за бред? — растерянно потирал лоб Арсен. — Я просто попросил в тот день ее не впускать, но распоряжения вносить в список нежелательных посетителей точно не давал!
Выяснилось, что сначала ее внесли с такой пометкой, но после реорганизации и замены программного обеспечения списки слили в один, и Агата оказалась персоной «нон грата».
Арсен тогда вернулся домой совсем поздно, настроение было хуже некуда. Ирма предложила выпить, он сел на диван с бокалом виски, сделал глоток и закрыл глаза. Увидел Агату, на подоконнике окна клиники, свернувшуюся клубком и прикрывающую руками живот.
Выпил залпом. Теперь Агата стояла, повернувшись спиной, в одном белье, перебросив с плеча густые светлые волосы, а ему так хотелось прикоснуться губами к той злосчастной татуировке… Она, наверное, тоже знала, что он блефует, что не посмеет даже на несколько сантиметров приблизить лезвие к коже.
Убил бы любого, кто посмел.
— Арсен, я соскучилась, — прожурчало над ухом, Ирма взобралась на колени, потянулась рукой к щеке, и он инстинктивно отшатнулся. Она замерла, затем принялась оглаживать грудь, расстегивая пуговицы рубашки.
