Нет, Арсен не кричал об этом на каждом углу, и персонал его держал язык за зубами. Но разве можно что-то утаить, когда у тебя в родичах старший Демидов?
Арсен голову на отсечение давал, что эти два сплетника ему регулярно перемывают кости, но не убивать же их за это. Ничего, пускай моют. Пускай Генка думает, что Арсен просто подгулял с красивой девочкой, а потом притащил ее беременную в дом и поручил заботам постоянной любовницы. В самых-самых общих чертах так оно, собственно говоря, и было. Просто … .
— Без полного обследования сложно сказать, но судя по предварительному осмотру, с ребенком все хорошо.
Это обычный токсикоз, Арсен, сильный, но не смертельный. Она молодая, здоровая, организм справится. Только если ему помогать, а не гробить. В противном случае я бы рекомендовал прервать беременность, — Кравченко пристально посмотрел на Арсена, и у него перемкнуло дыхание, будто пропустил хороший апперкот.
— Нет, — он даже головой мотнул, потому что получилось глухо, — нет. Никаких прерываний, даже не думай, Гена, и ей говорить такое не вздумай.
— Мне-то что думать, это вам решать. Тебе нужен этот ребенок, Арсен? А то я что-то не понял, если честно. Девушку я сам спрошу.
— Она не говорит.
— А мне и не надо, чтоб говорила. Лишь бы информацию до меня донесла.
— Мне нужен этот ребенок, Гена, — дышать было тяжело, в точности как после апперкота. — И Агата мне нужна. Вытяни их, Ген, обоих.
— Ладно, — тот по-прежнему смотрел с недоверием, — спросим-ка еще у нее.
Они вошли в палату.
Агата лежала на медицинской кровати с иглой в вене, на осунувшемся лице глаза казались неестественно огромными. Но щечки уже порозовели, ее просто нужно было хорошо кормить, правильно кормить, как сказал Ксавьер…
Она даже улыбнуться попыталась. Генке, не ему. У Арсена в груди будто булыжник заворочался. Ладно, он еще успеет сожрать себя изнутри, сейчас надо помочь ей и ребенку. Тем временем Кравченко уселся рядом с кроватью и поднес к Агате клавиатуру.
— Я подержу, а ты пальчиком на клавиши нажимай.
Сил на это хватит? Вот и отлично. Ответ я буду читать вон на том мониторе, — он развернул монитор, чтобы и Агате было видно. Арсен подошел ближе, Агата на него не смотрела. Подняла руку — она и правда у нее стала прозрачной — и начала клацать по клавиатуре.
«Пусть он уйдет», — появилось на мониторе.
— Слышал? — повернулся Гена, а Арсену кровь ударила в голову коротким джебом.
Она не хочет не только с ним говорить, она даже при нем говорить не хочет.
