- Я тебе всегда говорила, доченька! Язык твой – враг твой! – строго произнесла мадам Миддлтон, украдкой погладив Иветту по голове. Сейчас, присмотревшись к супруге доктора получше, я увидела, как сквозь седину виднеется прежняя рыжина.
- Грехи молодости, - заметила мадам Миддлтон, которая явно в молодости была очень красива. – Обычно принято скрывать. Но это не значит, что мама тебя не любит. И не пришлет тебе имбирное печенье!
Я была очень тронута это сценой.
- Мадам, вы видели?!! - с горечью выдал доктор Миддлтон, спеша к супруге.
Она отдернула руку от Иветты, бросаясь к мужу. – Там целый погром! Вам лучше этого не видеть!
- Не переживайте, у меня тоже разбили витрину, - кротко вздохнула я.
Герцога готовы были носить на руках. Еще бы! Он, как настоящий феодал, вступился людей на его землях! И теперь он - национальный герой.
- Однажды, на свадьбе, вы мне сказали, что я испортила репутацию семьи Мажестрис. Ну что ж! Как испортила, так и восстановила! –заметила я, видя, как люди роются в телеге и радуются, когда находят свое добро.
– Скажу даже больше!
Я провела пальцем по разорванной сорочке герцога.
- Я ее еще и приумножила, - усмехнулась я, слыша, как впечатленные горожане решают на те деньги, которые собирались заплатить охотникам, поставить статую герцога.
- Погодите, вы мне каждый раз говорили, что это – были не вы, - заметил муж.
- Неужели? – обрадовалась я. – То есть, до вас дошло, что я никакая не Фелиция?
- Допустим, я вам верю, - выдохнул муж. – У меня нет выбора.
Вы очень отличаетесь от нее. Я никак не могу это проверить! Но я попробую… Итак, как вас зовут?
- Вита, - вздохнула я, глядя мужу в глаза.
- Красивое имя, - заметил герцог, целуя мою руку. - Знайте, Вита, я вас люблю…
- А как сильно? – спросила я, закусив губу.
- Придем домой – узнаете, - шепнули мне на ушко.
Эпилог
По возвращению домой я узнала, что меня любят так сильно, что слуги вынесли сломанную кровать. Ее торжественно и по частям отправили на заслуженную пенсию.
- То есть, вы думаете, что это правда? – спросила я, пока еще не чувствуя в себе никаких изменений. Ну еще бы! В нашем мире это даже сроком назвать нельзя…
Я с утра лежала на кровати, прикрываясь одеялом и рассматривала старинный, потертый медальон. Стоило мне взять его в руки, как он начинал едва заметно светиться.
- Иветта, - позвала я, мучаясь загадкой. Она как раз вошла, внеся ворох платьев. Наконец-то пришли те самые, заказанные! Полноразмерные.
