- Брак будет фиктивным! Это раз! – ледяным тоном произнес красавец, а строчки испарялись из договора, словно дым. – Второе. Никаких наследников от нее мне уже не нужно. Я не собираюсь с ней спать.
- Это так неприлично, - шепотом зашлась старуха, но старик шикнул на нее, и она умолкла."
"- Договор заключается не навсегда, а лишь на год, - отчеканил красавец. Еще одна строчка испарилась, а вместо нее появилась другая.
Старик округлил глаза, но возразить что-то побоялся.
- Этого вполне достаточно для соблюдения приличий.
Никаких прав на мое состояние. Дальнейшая судьба вашей дочери после развода, мне не интересна. Можете забирать ее обратно! – произнес красавец, свернул глазами. – Подписывайте!
Старик подписал дрожащей рукой, а потом вздохнул и скорбно посмотрел на старуху. Листок очутился в руках старика, а тот с укором посмотрел на меня и, вздохнув, убрал договор в ящик массивного письменного стола.
- Всего хорошего, - выплюнул красавец, дернув меня с кресла. И тут мне на секунду показалось, что все это не сон.
Поэтому на всякий случай, я решилась на подвиг.
- Я не ваша невеста, - попыталась спорить я, упираясь изо всех сил.
- Ты фиктивная жена! – рыкнул незнакомец, сдирая меня с кресла вместе с подушкой.
- Меня зовут Виктория Евгеньевна Немирова! Я вижу вас в первый раз в жизни! Вы меня неправильно поняли, - я попыталась отбиться, но резким движением у меня отбили всю охоту отбиваться. – Я не … эм… Как ее! Ну полиция…. О! Фелиция! Я совершенно другая женщина! И я не знаю, как оказалась в ее теле! Сама в шоке! Я гинеколог районной женской консультации! Виктория Евгеньевна Немирова! Второй этаж кабинет номер восемь! Я – не она!!!
- Мадемуазель, я тоже не тот очарованный вами Элеон, - произнес красавец голосом, от которого на душе образовывалась корка льда.
– С этого момента для вас я ваше сиятельство, герцог Мажестрис . Обращаться ко мне так, а никак иначе.
- Я не она! – крикнула я в ему в лицо, в надежде, что мне поверят.
Снежинки больно жалились, а я пыталась трепыхаться, когда меня вынесли из дома.
Опомниться я не успела, как меня дернуло вверх. В снежной кутерьме вырисовывались очертания огромного замка, в распахнутое окно которого мы влетели.
Очнулась я на ковре с испуганным сердцем, на всякий случай ощупывая себя. В комнате царил бардак. Разодранная и разбитая мебель, свидетельствовали о бурном темпераменте владельца. О, вот это уже знакомо.
