Наказание Дамира

Здесь мягкий свет, хорошая акустика, не так людно, как внизу, бар на расстоянии вытянутой руки и отлично просматривается пестрое, взволнованное человеческое море на первом этаже для простых смертных. Пока что людей не так много — плотно кучкуются они только у сцены, уже забивая фанатские места.

Леша подводит нас к длинному столу- барной стойке немного слева от центра, говоря, что это будут наши места. Там уже расположились с противоположного края стола два каких-то парня. Леша подходит к ним, торопливо здоровается и предлагает нам сесть с другого конца.

Ромка услужливо отодвигает мне барный стул. На сцене внизу какая-то группа начинает финальную настройку инструментов, периодически оглушая визжащей не той нотой электрогитарой. Под ложечкой начинает непроизвольно взволнованно сосать от ощущения, что скоро все начнется.

— Ромка сказал, вы фолк играете? — обращаюсь к Леше, беря в руки лежащее передо мной заламинированное скудное меню.

— Ну, скорее регги- рок, — улыбается Леша, опускаясь на барный стул рядом.

— Регги- рок…Такой бывает? — я смеюсь.

Леша тоже смеётся.

— Сам в шоке, да, — отвечает он. Его взгляд скользит по моему лицу, изучая. Шестым чувством определяю, что в его интересе нет пошлости — лишь дружелюбное любопытство, и расслабляюсь.

Не то, чтобы Леша мне нравится с первого взгляда — немного развязный, явно страдающий панибратством, но он кажется занятным и одновременно бесхитростным человеком. С такими людьми всегда легко и комфортно говорить. Они создают иллюзию, что вы с ними уже сто лет знакомы.

И невольно хочется познакомиться реально: расспросить о творчестве, пути, узнать пару смешных историй и много чего еще.

Но сделать это именно сейчас не удается. У Леши звонит телефон и, извинившись, он убегает к своей группе за сцену, оставляя нас с Ромкой вдвоем. Провожаю музыканта долгим взглядом, потому что неожиданно чувствую неловкость рядом со Злобиным и на него смотреть не хочется совсем.

— Что ты будешь, Жень? — и руки моей касается.

Будто случайно, но… Убираю свою ладонь из-под его. Поднимаю на Ромку твердый взгляд.

— Я уже выбрала, — отворачиваюсь и машу проходящему мимо официанту.

— Женька, да я оплачу, — напряженно улыбается Рома, пытаясь настоять на своем.

— Не надо.

— Жень, ну я пригласил же! Просто скажи, не ставь меня в дурацкое положение.

— Ром, — вздыхаю и устало тру переносицу, — Это ты ставишь меня в дурацкое положение. Ты! Это не свидание, понимаешь, да?

Поджимает губы.