Наказание для мажора

— Андрей! — прокаркала пожилая женщина. — Ты же прекрасно знаешь, что я плохо слышу! Чего ты там шепчешь?!

— Врет, — тихо раздалось за моей спиной. — Бабуль, это Ева! — произнес он уже громче, представив меня.

— Здравствуйте, — поздоровалась я, чувствуя как обожгло талию чужое прикосновение, но Макарский сразу же убрал свою руку.

— Знаю. — Ошеломил меня ответ. — Ксения рассказывала, и я захотела посмотреть на тебя лично. Садись! — прозвучал приказ, и мне пришлось послушно занять предложенный Андреем стул.

Ни за что бы не подумала, что ему присущи хорошие манеры.

Сам он сел рядом, а Ксю незаметно пожала плечами, показывая, что она не имеет к этому никакого отношения.

Прабабку в семье Макарских не любили за ее властный и деспотичный характер. И если бы не состояние, которым мудрая женщина умело всех шантажировала, ее уже давно бы отправили в дом престарелых — в этом она была твердо уверена.

АндрейЯ барабанил пальцами по столу, а у самого руки чесались придушить одну болтливую куклу. Вика чуть ли из кожи, точнее из блузки, не вылезала, чтобы только чем-то удивить.

Только удивлять особо было нечем. Это, вон, Димону по кайфу пялиться на сомнительные прелести. Но он не особо привередлив в этом вопросе. Кажется, благодаря этой «подружке» у меня будет аллергия даже на клубнику, которую почему-то все называют викторией. Аж передернуло.

— А еще я помню, как мы… — Виктория замолчала, когда я резко встал. — Андрей, ты куда? — Захлопала ресницами и сильнее распрямила плечи.

Ну да, сверху вид совсем другой, только не цепляет.

Совсем.

— Дела. — Обожаю эту отмазку.

Взглядом показал Димону, что Барби вся в его распоряжении, поймал довольную усмешку и пошел на выход.

Черт бы побрал тебя, Ева!

Увидев, ее в аудитории, не сразу поверил, что Рапунцель не оптический обман и не иллюзия.

— Димыч, у меня тут не законченная партия. — Кивнул, показывая ему на первый ряд.

— Не, Андрюх, извини, братан, я вон туда. — Димыч показал на галерку. — Еле встал сегодня. Усну еще.

Не хочется спалиться на первом занятии. — И пошел назад.

Так даже лучше.

Наверное.

Только вот оказавшись рядом с Евой, я ни черта не понял, что произошло. От почти забытого запаха парфюма, такого тонкого, что опять захотелось уткнуться носом и вдыхать полной грудью, меня повело как ненормального. Я был готов находиться рядом целый день и совершенно не желал никуда уходить. Но Димыч, ботаник недоделанный, с упрямством носорога потащил меня на следующую пару.