Наказание для мажора

— Ничего ей не сделается. Постоит возле твоего дома. Заберу потом.

Кажется, в моем мозгу что-то конкретно сломалось.

— Ты идешь? — Вопрос Андрея вывел меня из оцепенения. — Или уже передумала? — добавил ехидно.

— Иду! — фыркнула и шагала в сторону трамвайной остановки.

— Воу-воу! Не так резво, Ева! — Андрею пришлось меня догонять, что он сделал в пару своих шагов.

— Что такое? Разучился ходить пешком? — Выгнула бровь и посмотрела на парня, когда он поравнялся.

— Не то, чтобы совсем… Немного непривычно, конечно, но ничего не поделаешь, раз таково желание дамы, — поспешил уколоть меня Макарский, строя из себя то ли джентльмена, то ли несчастную жертву.

— Ты еще можешь вернуться.

— Только вместе с тобой, Ева. — С моего плеча стянули лямку рюкзака, и Андрей небрежно закинул его к себе на спину.

Бросила на брата Ксю выразительный взгляд, но ничего не сказала, решив, что лучше промолчать. Однако Макарский расценил это по-своему:

— Не пугай меня, Ева!

Как же! Напугаешь его! Вообще-то, отказываясь ехать с ним на машине, я рассчитывала совсем на другое.

Я всего лишь хотела избавиться от компании Макарского, а получилось еще хуже. Теперь мне придется терпеть его в два раза дольше! Кажется, я сама себя «перехитрила».

Спокойные неторопливые поездки в новых, удобных трамвайчиках мне нравились больше, чем смотреть на быстрое серое мельтешение за стеклами метро. Но не сегодня. О своей глупости я пожалела сразу же, стоило нам войти в трамвай. Обычно всегда было свободно, но, видимо, именно сегодня все решили пересесть с личного транспорта на общественный.

Народу все прибавлялось, а свободного места становилось все меньше. Из толпы донеслось, что трамваи стояли больше часа, тогда как ехать нужно всем.

— Знаешь, а мне начинает нравится все больше. — Мое ухо обожгло горячее дыхание Андрея. И хоть он закрывал меня собой, упираясь обеими руками в горизонтальный поручень, нас все равно теснило и безжалостно прижимало друг к другу. — Но одна ты больше не поедешь!

Я каждым миллиметром чувствовала, как горит моя кожа, где ее касалось тело Андрея.

Даже одежда нисколько не спасала.

— Будешь ездить со мной? — спросила язвительно.

— Если тебе нравится такой тесный контакт, могу предложить более уютные места, — прошептал Макарский и специально поерзал, вызывая во мне целую бурю непонятных ощущений: начиная от возмущения и заканчивая необъяснимым трепетом. Причем возмущений было намного меньше.

— Прекрати! — зашипела на него, тщетно стараясь хоть немного отодвинуться.