Доведенная до отчаяния, Ли с силой вцепилась в его руку и потащила за собой:
— Нет, не нужно! Пожалуйста, пойдемте со мной. Я просто не хотела доставлять вам излишнее беспокойство, Фалько!
Невольный порыв, казалось, развеселил его, а может, просто пришлось по душе ее признание.
— Какое же это беспокойство?
— Ну да, если не считать того, что вас едва не убили.
— Убили? Эти двое… — Он осекся, проглотив непристойное определение.
Радуясь почти дружескому общению, Ли пробормотала:"
"— Мне все-таки кажется, что нужно было сообщить в полицию.
— Это как хотите, но я тут ни при чем. И не собираюсь тратить время на копов.
— Но как можно ожидать от полиции, чтобы она защищала нас, если мы не желаем иметь с ней дела? Кроме того, обязанность каждого гражданина…
Он метнул на нее взгляд, исполненный такого уничтожающего презрения, что Ли захотелось провалиться сквозь землю.
— С какой планеты вы явились?
— Я из Огайо, — невнятно пояснила сгоравшая от смущения Ли.
— Оно и видно, — коротко бросил он, но во второй раз за последние несколько секунд ей послышались веселые нотки в его голосе.
Он проводил ее до самых дверей и ушел.
Тот случай навсегда положил конец одиноким ночным путешествиям Ли в магазин Анжелини, но днем она частенько туда забегала. В следующий приход она рассказала миссис Анжелини о своем неприятном приключении, но вместо того чтобы гордиться Фалько, бедная женщина расстроилась.
— С самого детства он ищет бед на свою голову, а беды ищут его.
Озадаченная Ли поискала взглядом своего спасителя и увидела его в кладовой, в самой глубине магазина, где тот укладывал ящики один на другой.
— Я хотела поблагодарить вас как следует, — объявила она, подходя к нему сзади.
Фалько оцепенел, словно от испуга, потом медленно повернулся и уставился на нее. Черные брови сошлись на переносице, густая черная борода почти скрывала лицо.
— За что? — буркнул он.
Сегодня Фалько показался Ли еще более отчужденным и холодным, чем всегда.
Еще более высоким и массивным. Но Ли уже преисполнилась решимости не позволить ему себя запугать. Пусть он сидел в тюрьме, но не побоялся рискнуть жизнью, чтобы спасти ее, а потом проводил домой и не ушел, не убедившись, что с ней все в порядке.
Ли посчитала это подлинной храбростью, и не успела подумать об этом, как слово слетело с губ.
— За то, что вы так храбро меня защищал «, — пояснила она.
— Храбро? — саркастически ухмыльнулся он.
