Рванула пряжку ремня и руку запустила, обхватывая жесткий ствол. Глаз от лица не отрывала, всматривалась в светлое пламя, буйно горевшее в глубине зрачков. Губы призывно облизнула и, дождавшись, когда потянется к ним, упала на колени."
"– Ведьмочка… – выдохнул, когда языком обвела уздечку и в себя глубоко втянула головку, интенсивно посасывая, играясь, заводя. Я не позволяла ему верховодить, хотела сама руководить: я принимала его глубоко, потом выпускала, засасывая крепко, рукой помогала и облизывала напряженную мошонку.
– Хватит, иначе я кончу раньше положенного. – Я не послушалась. – Я сказал стоп, – и, жестко прихватив у корней волос, потянул. – Ведьма строптивая, – и влажной головкой по щеке мазнул. – Продолжай раздевать меня.
Я подчинилась. Когда Картер остался передо мной, коленопреклоненной, обнаженным – мощный и сильный, красивый, как бог и порочный, как дьявол, – я оробела. Мы спали вместе часто, активно и достаточно долго, по его меркам, естественно, а я все еще смущалась своей сексуальности и его наготы.
Немного и только в самом начале наших сексуальных марафонов, но было.
– Иди сюда, – он подхватил меня и на кровать отнес. Груди сжал, а сам надо мной навис, членом клитор поглаживая. Мы не целовались, не сплетались в объятиях, только глаза в глаза не отрываясь. Я видела испарину над его губой, чувствовала, как руки напряженно подрагивают, и меня тоже дрожь колотила, особенно, когда смазку из-под подушки достал и обильно прошелся внизу. – У тебя было сюда? – и тугое колечко мышц обвел.
Я нервно губы облизнула: что сказать? Что было с ним. Что было и точка. Не подумает ли плохого обо мне? Доступной не посчитает? А может, что не было?
– Пробовала однажды, – ответила честно. Чего мне бояться? Картер давно познал всю глубину моей доступности.
– Понравилось? – хищно прищурился и вторгся пальцем уже не так деликатно. Я ведь вроде опытная.
– Не надо со мной грубо. Пожалуйста, – попросила, смягчая настрой. Картер обычно не ревнив к прошлому, но всегда бывают исключения.
– Прости, Ведьмочка, – и мягко принялся массировать меня изнутри, растягивая и подготавливая, и про клитор не забывал, надавливая тугой головкой, чтобы сама большего захотела. И я захотела: пять минут такой пытки, и меня потряхивало от неудовлетворенности.
– Вставить? – он надел презерватив и заскользил по промежности, ловя мои рваные стоны, посмеиваясь над мольбами. А ведь у самого вены на руках бугрились, а член разрывало от тугой натянутости.
