Не потому что не заслужил – еще как заслужил! – а потому, что с ним в истеричку превращаюсь!
Меня колотило от ревности! До сих пор рвало от злости. Подушка полетела в пространство и через мгновение на пол упал старый будильник. Я подскочила, чтобы поднять его: во-первых, винтажная вещь, во-вторых, грохот могут услышать, и уже тогда вопросов не избежать. Как бы я на Картера ни злилась, но отстреливать его как взбесившегося козла не позволю."
"Меня абсолютно не задели его характеристики меня как специалиста.
Юмор у него дурацкий – это я заметить успела. И порой очень жестокий – к этому тоже привыкла. Я всем доказала, что если и не готова к должности шеф-редактора, то только ввиду отсутствия опыта, а не способностей, старания или знаний.
Меня взбесила его реакция на Хлою. Вот же стерва наглая! Пришла, себя предложила, не от любви великой и даже желания дикого – за власть, деньги, должность. Сука. Я не могу простить, но могу понять ее мотивы. Я полгода работала с ней, там натура такая, корыстная.
Но Картер…
Я слышала неподдельный интерес в его голосе, как дыхание сбилось, желание завуалированно поплыло в воздухе. Я член его потрогала, ствол каменным был! Он ее хотел! Если бы я не пряталась – распял бы Хлою на столе и никаких угрызений совести. Это ведь просто секс. И со мной просто секс. У Картера в принципе отношения – один сплошной секс. Ничего личного. Никакой эмоциональной привязки.
Что я с этим буду делать? А ничего. Вообще. Наша сделка ввиду обстоятельств непредвиденной силы окончена.
Слишком опасно для меня. Душу я уже потеряла. Сердце тоже для него бьется, но и для меня немного. Раз среагировало вчера, значит, не до конца атрофировалось. Принимать наркотики опасно, а Картер – стопроцентный наркотик.
Я открыла сайт «United Airlines» и посмотрела, остались ли на завтра билеты. Натали забронировала для нас с Картером бизнес-класс, но я не выдержу сидеть с ним рядом. Может, завтра смогу, но сейчас нет во мне моральных сил. Прилетим в Лос-Анджелес и поговорим.
Возможно, даже извинюсь за пощечину, а потом пошлю искать удовлетворения в распутных объятиях его многочисленных подруг.
Я успела ухватить последний билет в хвосте самолета. Конечно, хуже, чем вариант Натали, но лететь всего полтора часа. Рейс в шесть утра, поэтому и лечь желательно пораньше, настроения все равно нет. Я подсветила экран телефона: ни пропущенных, ни сообщений. Картеру плевать – что, собственно, и следовало доказать.
