Нам не узнать друг друга сразу

Это было так феерично – состояние легкости, невероятного подъема и единства. Было прекрасное настроение от ощущения духовной близости, искрящих восхищением глаз мужа и просто от того, что могла летать сама! По-настоящему! Для рожденного ползать – впечатления неописуемые. Обвив шею своего неймарца руками, притянула его к себе и поцеловала. Даже его губы, его ответ воспринимались по-другому – более четко, яростно, откровенно чувственно. Уже только этот поцелуй взвинтил эмоции, заставил воображение играть, захотеть соперничества…

И я рванула, устремившись выше, а потом резко интуитивно ушла в сторону в стремительном вираже.

Тут же нагнал заразительный смех Гайяра, который на миг опоздал, не успел схватить меня. Или дал мне шанс увернуться? Избыток всего – понимания, чувств, новой окраски окружающей реальности – пьянил. Голова кружилась в восторге, хотелось чего-то неимоверного, нового, озорного… Хотя бы догонялок в воздухе! Шестым чувством улавливая, откуда ожидать погони, снова и снова с ликующим смехом, как-то совершенно естественно кружась и совершая замысловатые пируэты, избегала крепких рук мужа.

– Не поймаешь! – веселясь от души, выкрикнула я, изгибаясь в очередном вираже, ощущая стремительный ток бурлящей в жилах крови.

Ответом мне стал гортанный смех, и меня возмутительно легко, в два взмаха, поймали, заключив в кольцо когтистых рук.

– Поддавался? – с возмущенным вскриком толкнула я его в грудь. Пьянящее чувство эйфории отказывалось признавать поражение, стремление сопротивляться росло, ища выход для восторженных эмоций, что перехлестывались через край.

И, резко устремившись к нему, фактически врезаясь в тело мужа, накрыла его губы решительным, даже грубым поцелуем. Ответ был под стать: меня стиснули, сдавив в объятиях, и смяли рот в ответном, на грани жестокости, страстном поцелуе. Кровь, разгоняясь, стучала, крылья двигались в едином ритме, глаза закрылись, позволяя мне полностью отдаться ощущениям от этой сладкой борьбы.

Наши губы и языки в решительном стремлении покорить терзали друг друга, рождая не испытанную ранее остроту ощущений, создавая невиданный накал желания и страсти. Обнаженные тела обдавало жаром внутреннего огня обоюдного желания и тут же омывало прохладными потоками, рождаемыми взмахами крыльев неймарца.

Он, резко отстранившись, позволил мне сделать полный вдох и тут же, склонившись к моему плечу, укусил.