Нам не узнать друг друга сразу

Пахло чем-то едва уловимым, но определенно растительным. «Аромат дерева!» – осенило меня.

– Наверху две спальни, – удивил меня сообщением муж.

– А как… – изумилась я, вспомнив, что летать не умею.

– Смотри! – Гайяр уверенно подошел к колонне, увлекая меня следом, и решительно шагнул прямо в искрящуюся ленту воды.

Однако она неожиданно уплотнилась под его ногами, подхватила и понесла вверх. Я машинально сделала то же самое, ощутив неожиданно прочное основание под ногами, и… поплыла, плавно увлекаемая потоком к верхушке колонны, уходящей на следующий этаж.

Ведь Гайяр говорил мне о том, что, если понимать ее суть, то и по воде ходить можно. Рука мужа ободряюще сжала мою ладонь, но по-настоящему испугаться я не успела – мы быстро оказались наверху. Второй этаж делился пополам перегородкой с той же колонной в центре, образуя уже упомянутые неймарцем спальни. Заглянув в ближайшую, отметила необычного вида кровать, оказавшуюся при ближайшем изучении своеобразным аналогом водяного матраса, и широкий шкаф во всю длину стены. Некоторую дымчатую размытость интерьеру придавал все тот же мягкий серебристый свет внутренней поверхности ствола.

– Ванная, – кивнув на дверь в стороне, пояснил наблюдающий за мной муж.

После водяного лифта я уже не раздумывала над вопросом организации помывочного процесса, полностью уверившись в том, что с водой неймарцы обращались мастерски. Видимо, управляемая сознанием, она послушно поступает во все необходимые зоны жилища.

Этажом выше обнаружились еще два помещения, а над ними «чердаком» находилась уютная куполообразная кухня, напомнившая мне эргономичностью обстановки аналогичное помещение в апартаментах на «Эндорре».

Чувствовалась рука Гайяра.

Я восторженно кивнула.

– Давай еще снаружи все покажу.

Мы быстро спустились на первый этаж и снова вышли за дверь.

Если с одной стороны дерево смотрело на бескрайний океан, начинающийся в пятидесяти метрах от его подножия, то с другой обнаружился необычный для меня лес. Он, очевидно, был твирровым – деревья напоминали застывшие в движении скульптуры, удивляющие причудливыми формами и ощущением живой неподвижности.

Располагались они достаточно редко, но в силу своих исполинских размеров ощущение леса действительно присутствовало.

Я присмотрелась к сверкающим бликами гнездообразным кронам.

– А они все обитаемые?

– В основном, – кивнул Гайяр, – но рассмотреть ничего не сможешь. Кристаллические иглы так преломляют свет наших светил, что делают невидимым все, что укрывают среди ветвей.