Нам с тобой нельзя

Я помню все, но от этого не перестаю любить его меньше. Хоть должна ненавидеть, наверное. В другой жизни я бы ненавидела. Такая, как Света Рашидова, ненавидела бы всем сердцем, но не сейчас. Здесь я распята на алтаре своей любви к нему и к матери. И внутренности сгорают на огне несправедливости.

Даже тот факт, что он причастен с гибели невиновных, не перечеркивает мои чувства. Это неправильно и чужеродно, но мне плевать. Почему его я готова принимать со всем количеством дерьма, а другим и шанса не давала? Вот уж жизнь несправедлива, а сердцу однозначно не прикажешь.

Моя обида потухла, испарилась. После всего случившегося это кажется такой мелочью, что я даже не сразу вспоминаю имя Наташи. Боже, до чего я докатилась?

—И он любит тебя, как никогда и никого. Поверь мне, если уж я говорю, то знаю наверняка. Все остальное было и прошло, да, собственно говоря, и не было в полном понимании этого слова.

Я перевожу потерянный взгляд на отца, после чего он проводит ладошкой по щеке и печально улыбается.

—Если бы я хоть на минуту сомневался, то он бы и близко к тебе не подошел.

Пусть я и не в восторге, что моя принцесса достается хоть кому-то, потому что любой будет не достоин, но уже как есть. И да, даже не думай, что жить вы будете без брака. Женится пускай сначала, потом уже все остальное. И не сразу меня дедом делайте, ясно?"

"Пусть отец звучит якобы серьезно, но на последних словах я не могу сдержать смеха сквозь слезы. Папа такой папа, даже благословение с угрозой, иначе он никак не смог бы.

—Пап, прости меня, — прикрываю веки и прикусываю обветрившиеся и потрескавшиеся губы.

—Ты ни в чем не виновата, а я уже давно все порешал. Ничто больше не угрожает ни тебе, ни маме, — голос наливается сталью.

Мама просыпается в тот момент, когда я обнимаю папу одной рукой, чувствуя адскую боль в ребрах.

—Осторожно, Арслан, у нее же ребра!

—Мам, — я с трудом поворачиваюсь и моментально оказываюсь в незабываемом убаюкивающем запахе самой лучшей матери в мире. Так приятно прижаться к родителям и понять, что ты в безопасности, ты, как и раньше, можешь прийти к ним в поисках утешения.

Сколько бы тебе ни было лет. Никогда не думала, что может быть настолько стыдно за свое поведение, как сейчас. Пусть они все понимали, но ситуации это не меняет.

—Моя девочка, все хорошо, не двигайся, пожалуйста, — у мамы моментально глаза на мокром месте, она смотрит на меня взволнованным взглядом и целует в лоб, бесконечно причитая что-то о том, что все будет хорошо.