Наотмашь

Грудь, распластанная о мужскую грудную клетку, странным образом ныла, соски напряглись.

Майя задрожала и, наконец, подняла свободную руку и вдавила открытую ладонь в плечо Вадима. Ещё немного такого ошарашивающего жесткого напора, и она не выдержит. Рухнет на пол.

Вадим оторвался от неё, тяжело дыша. Его верхняя губа дернулась, обнажая идеально ровные белые зубы.

Он молча смотрел на неё. Майя – на него. Она настороженно ждала продолжения. Молчи… Только молчи… Не провоцируй. Больше ничего не говори.

Не спорь.

Мужчина не в адеквате. Он похоронил брата. У него сильнейший стресс. А как мужчины снимают стресс? Алкоголь, адреналин, секс.

Все это он может получить. Майя, стараясь действовать как можно незаметнее, втянула воздух вокруг себя. Алкогольными парами не пахло – уже хорошо.

Остается секс.

– Вадим, пожалуйста, – выдохнула она, пойдя на попятную.

Она больше не вырывалась, не брыкалась. У неё было лишь одно желание – чтобы ей дали свободу. Хотя бы эфемерную. Она долго не выдержит.

Багова было слишком много, её первое впечатление о мужчине оказалось самым верным. Находясь в опасной, удушающей близости от него, она в полной мере ощутила его агрессивную ауру.

Это не Тим.

Это даже не Ренат.

Вадим Багов опасен. Он не будет с ней нянчиться. Он не будет ходить вокруг да около. Он возьмет всё, что ему захочется. Что ему причитается.

Глава 6

Вадим хотел трахаться.

Жестко. Всю ночь. Чтобы все долбаные мысли выветрились из головы, и там поселилась бы пустота.

Секс ему был необходим. Такой, чтобы любовница не сопротивлялась на любой его выверт. А он её прогибал. Вертел. Драл. И та, прогибаясь, голос срывала под ним.

– Пей.

Вадим поставил перед Майей стакан с соком, сам же подошёл к бару, достал виски, стакан и плеснул себе на дно. Не выпьет – натворит дел.

Уже едва не натворил.

Багов, ты чего?..

Какой дьявол в тебя вселился?

Ты чего творишь, мужик?

Он не отличался щепетильностью в отношениях с дамами, но и насильно никого не принуждал.

Были моменты, когда срывался и трахал женщин на столе или у стены. Да мало ли где, но там барышни – дамы взрослые, знали, на что шли, провоцируя его. И получали не меньше удовольствия, чем он. Просили ещё. И он давал. Что же не дать, когда обоим хорошо.

Майя – другое.

Он выпил и обернулся.

Девушка сидела за столом, обхватив ладонями несчастный бокал.

Весело у них начинается знакомство, ничего не скажешь.

И сорваться нельзя.