– Я не вру! – скорее по инерции, нежели из расчета выкрикнул Роман. – Зачем мне врать?
– Вот это мы и выясним, – сказал Стоян и похлопал Мигеля по плечу.
Тот поднял тонкий металлический штырь с заостренным раздвоением на конце – подобие змеиного язычка – и вставил его в ухо Роману.
Тот, почуяв острую боль, дернулся, вырывая подбородок из руки Мигеля.
– Мне нужна помощь, – сказал Мигель с испанским акцентом. – Пускай Люк держит его за голову.
– Люк! – приказал Стоян.
Великан зашел за спинку кресла и, как тисками, зажал своими лапами голову Романа.
– Хочу, чтобы вы знали, – прокаркал Мигель, дыша на Романа чем-то нечистым. – У вас два уха и два глаза. Помимо этого, у вас есть два яичка и член. Остальное перечислять не буду, но хочу, чтобы вы поняли: быстро это не кончится. Вы расскажете нам абсолютно все.
– Да я и так все рассказал! – завопил Роман.
Мигель сжал узкие губы и ввел свое жало глубже.
Роман дернулся, но Люк держал крепко.
– Сейчас, – сообщил Мигель, – я добрался всего лишь до барабанной перепонки.
Продолжать?
– Не надо, – взмолился Роман. – Я прошу вас, не надо!
– Говорите, – потребовал Мигель.
– Я не знаю, что говорить! Я все сказал.
Мигель сделал небольшое движение – и Роман ощутил, как у него в черепе будто что-то взорвалось.
Он тоненько завизжал, боясь сделать лишнее движение.
Господи, как больно!
– Я всего лишь проткнул вам перепонку, – заметил Мигель. – Дальше будет гораздо хуже. Люк, отпусти его. Теперь он будет сидеть смирно.
И верно.
Штырь сидел глубоко в ухе, и Роман боялся двинуться, ибо каждое его движение отзывалось мучительной болью. Этот Мигель был докой. Мало того, что он пытал свою жертву. Он превращал ее в своего добровольного помощника, начисто лишая желания сопротивляться, ибо воздействие «жала» было поистине ужасающим.
А ведь пытка только началась.
– Говорите, как вы узнали о Франсуа! – потребовал Стоян.
– Я же сказал: на меня вышли двое… – начал Роман.
Мигель чуть продвинул «жало» вперед.
Роман заплакал от боли.
Казалось, этот гад доставал до самого мозга.
– Говорите, – потребовал Стоян. – Говорите правду.
– Ладно, – тяжело дыша, хлопнул мокрыми ресницами Роман. – Я скажу. Я все скажу. Только уберите это. Пожалуйста, уберите его из меня! Я не могу терпеть боль. Я больной человек.
– Хорош, – сказал Стоян. – Попробуем по-другому. Я задаю вопрос, вы отвечаете «да» или «нет». Вам ясно?
– Да, – выдохнул Роман.
Он надеялся, что Мигель вытащит свое жало.
