Он выполнил задание и теперь, надо полагать, заживет той самой жизнью, о которой мечтал. Если он Роману предлагал миллион долларов, то его гонорар вряд ли был меньше десяти.
Отсюда возникало шестое. Он не планировал убивать Романа, о чем тот думал с самого начала. Иначе не стал бы предлагать деньги. А он предлагал всерьез – Роман это знал. Просто он хотел купить молчание Романа, и тогда, возможно, не последовали бы эти выстрелы в упор. Но Роман отказался – и получил свое.
Тут тоже были вопросы. Почему Виктор стрелял в грудь, зная, что на Романе бронежилет? Жилет, правда, был не войсковой, всего лишь второго уровня защиты, и винтовочная пуля прошила бы его навылет.
Думал, что и пистолетная пробьет? Для этого он был слишком опытен. Оставлял Роману жизнь? Не заручившись его молчанием, он брал на себя напрасный риск. Вряд ли жизнь Романа была ему так дорога.
Как бы там ни было, он стрелял, и стрелял трижды, то есть наверняка. Вероятность выживания у Романа была процентов сорок, не больше.
Но он выжил.
Трещины в ребрах, конечно, заполучил как минимум, но выжил.
И жаждал поквитаться.
Там, внизу, в бункере, он, придя в себя, долго смеялся, несмотря на боль в груди.
Смеялся над собой, смеялся над своими начальниками, смеялся над своей дурацкой, нелепой службой."
"Прав, прав Виктор, сто раз прав, что работает на себя. Ну его к черту, подыхать черт знает где черт знает за что. Ну за каким хреном, спрашивается, его послали на это задание? Только потому, что где-то кому-то важен был престиж страны? Он, конечно, важен, но почему не важна жизнь отдельно взятого агента? И надо ли этому агенту рисковать собой впредь, зная, что и там его не ждет ничего хорошего?
Пустые мысли, отсмеявшись, остановил себя Роман.
Все это думано-передумано, а ответа так и не найдено. Сколько раз он обещал себе бросить все и уйти на покой, на тихую гражданскую работу, где и платят больше, и спрашивают меньше, и где жизни ничто, кроме старости, не угрожает. И всякий раз становился на новый круг и снова куда-то бежал – и так, наверное, будет с ним вечно.
Характер – та же судьба, и изменить себя он не мог, как ни пытался. Поэтому – что уж теперь?
Поднявшись, Роман обыскал карманы Стояна. Сам не знал, что ищет, просто привычным занятием отвлекался от донимающих его мыслей.
Карманы Стояна, обысканные Крохиным, были пусты. Но в одном из потайных «пеналов» куртки Роман нащупал что-то твердое и, порывшись, вытащил потертую флэшку на четверть гигабайта памяти.
