Наперекор канонам

Девочка в который раз за сегодняшний вечер произнесла свое «пух». Правда, теперь с намного большим эффектом. Орк вскрикнул и сделал попытку прыгнуть мне на руки. Неудачную, впрочем, – я успела отойти. Ярынг с грохотом обрушился на пол под аккомпанемент моего ехидного хихиканья.

– Достаточно, – практически сразу скомандовал Леон. Зария послушно отплыла к стене. – В прошлый раз ты сразу же в обморок бухнулся. Теперь что-нибудь изменилось?

– Да. – Ярынг с трудом поднялся, потирая ушибленный локоть. – Я хоть дышать мог свободно.

Тогда же ужас обручем грудь сковывал, чуть легкие от недостатка воздуха не разорвались.

– Значит, амулет все-таки защищает от чужой магии, – сделал вывод Леон. – Но Татьяна и без него великолепно обходится. Интересно, почему?

– А ты только сейчас заметил, что на нее не действует колдовство? – с легкой усмешкой поинтересовалась амазонка.

– Нет, я видел, что Татьяна устойчива к магии, но думал, что это последствия защитных свойств амулета, – сделал слабую попытку оправдаться Леон.

 – Но фамильное охранное заклинание никакой талисман не в силах полностью блокировать. Вот я и удивился. Или хочешь сказать, что ты давно знала об этой особенности Татьяны?

– Конечно, – пожала плечами амазонка. – С момента нашего поединка. Вообще-то тотем моего племени – статуэтку Зырга – охраняет столько чар, что твое привидение и рядом не стояло. Меж тем Татьяна с легкостью взяла его в руки. Без всяких последствий для здоровья. Не такой уж ты и великий маг, оказывается, коли сразу не сообразил, что к чему.

Леон надулся, но ничего не сказал в ответ.

– Так вы мне объясните наконец, чего я бояться-то должна была? – пришлось мне напомнить о своем существовании. – Интересно же.

– Понимаешь, Татьяна, – ласково принялась растолковывать амазонка, – как ты догадываешься, привидение – это душа умершего человека. И кто, как не призрак, знает все о смерти? А любой страх имеет в своей основе ужас перед смертью и той неизвестностью, которая нас ждет за могильной доской. Зария просто концентрирует эту боязнь до таких размеров, что Леону нечего опасаться за сохранность своего дома.

Любой, кто решит его ограбить, скорее всего, позорно бежит прочь после встречи с этой малюткой. И никогда в жизни не рискнет вернуться сюда. Если, конечно, Леон не дал указание своему привидению пугать людей до смерти от разрыва сердца.

– За кого ты меня принимаешь? – обиделся маг. – Зарии даны указания выпроваживать незваных гостей, но никак не убивать.