Наперекор канонам

Амазонку я перехватила, когда та умывалась. Я тихонько скользнула в ванную и плотно закрыла за собой дверь. Нет, все-таки на редкость удачно, что в этом мире не принято запираться.

Плеск льющейся воды заглушил мои шаги, поэтому Гайяна, наверное, испугалась, когда вдруг в зеркале позади себя увидела мое опухшее со сна лицо. По крайней мере, она невольно вздрогнула от неожиданности и чуть не уронила широкое полотенце, в которое была закутана. Хотя я на ее месте вообще бы заорала в полный голос.

– Татьяна? – Амазонка повернулась, удивленно выгнул бровь.

 – Что-то случилось?

– Ага, – кивнула я. – Дело у меня к тебе есть.

– Я слушаю, – спокойно произнесла она. – Очень внимательно.

– Отлично, – расплылась я в нехорошей ухмылке и поспешила вывалить на амазонку весь груз своих с таким трудом добытых фактов: – Значит, так, моя дорогая. Помощь мне от тебя нужна, мага я хочу проучить. Это во-первых. А во-вторых, поведай мне, красавица, что вы мне про императора недоговариваете.

– Почему ты решила, что мы скрываем от тебя что-то? – В глазах амазонки не промелькнуло ни намека на раскаяние.

– Вот только дуру из меня делать не надо, – злобно прошипела я. – Коли к стенке приперли, то и выкладывай все, что знаешь. Или напомнить, кому ты жизнью обязана? У меня тоже уши есть, между прочим. Поменьше вчера в роще надо было базарить.

– Тогда тебе надо с этим вопросом обращаться напрямик к Леону, – пожала плечами амазонка. – Поскольку я знаю не намного больше твоего. Все-таки я в столице, и тем более при дворе, ни разу не бывала.

Могу судить лишь по слухам, которые до нас доходили. А ты сама, наверное, понимаешь, как людская молва все переиначивать любит.

– Выкладывай что знаешь, – хмуро потребовала я. – А потом я с Леоном разберусь.

– Говорят, что Радим Четвертый, который, между прочим, правит без малого двести лет, каждый год собирает девушек и женщин из разных миров, – покорно принялась откровенничать Гайяна. – Из них в итоге тяжелых испытаний женой ему станет лишь одна. Остальные или погибают в ходе отбора, либо их убивают после оного.

Избраннице же не позавидуешь тоже. Поскольку через год все повторяется. А куда девается предыдущая императрица – никто не знает. Болтают, будто несчастная погибает сразу после первой брачной ночи.

– Понятно, – горестно прошептала я. – Вот вляпалась-то. И так смерть, и так. Прямо хоть сейчас в гроб ложись. А почему ты раньше молчала? Я ведь как-никак тебя от гибели спасла.

– Я хотела рассказать, – слабо улыбнулась Гайяна.