Наперекор канонам

 – А то, зная твое поведение, можно предположить, что ты первого встречного в подворотню потащишь.

– Нет, – мелодично рассмеялась Гайяна. – Обещаю, что буду хорошей девочкой. Если ты этого хочешь, конечно.

И амазонка скромно потупила глазки.

– Ну ладно, – окончательно растаял от вежливого обращения мужчина. – Тогда я не против. Думаю, животных вполне можно оставить в здешней конюшне. Пусть отдохнут после долгой дороги. А мы пройдемся пешочком.

Я закряхтела, вставая с нагретого местечка. И что за дурацкая привычка – обязательно осматривать все городки, в которых довелось побывать.

Никогда не любила таких экскурсий. Но что поделать. Придется подчиниться желанию большинства. Да и просто развеяться не помешает.

Город уже нежился в лиловом сумраке, когда мы наконец-то вышли на прогулку. Мягкий свет уличных магических шаров разгонял сгущающуюся тьму, и на мостовой играли влажные блики от недавнего дождя.

Первое время мы молча наслаждались неспешной прогулкой по незнакомому безлюдному городу.

– Красота-то какая, – нарушила тишину летнего вечера амазонка и остановилась напротив старинного здания, украшенного замысловатой лепниной.

За кованой решеткой призывно шелестел листвой небольшой садик, в котором терялись очертания нескольких статуй.

– Это летняя резиденция придворного мага, – с готовностью пустился в разъяснения Леон. – Говорят, Лучий, который ныне занимает эту почетную должность, некогда был учеником самого Сайроса Шутника.

– Неправда, – неожиданно перебил мага Гишка, высунувшись из путаницы моих волос.

 – Лучий никогда не был учеником Сайроса. Недостоин этот мелкий пакостник, который по нелепой случайности занял сей высокий пост при дворе, столь почетного звания.

– Тихо ты! – прикрикнул маг, бледнея от ужаса. – Нас же за такие слова в лучшем случае просто из города выгонят. В худшем – в змей лет на триста превратят.

– Не превратят, – усмехнулся паучок. – Лучий никогда не был мастером в трансформации живых существ. Вот убить он может, спорить не буду.

– Ну утешил, – вмешалась я.

 – Хрен редьки не слаще, по-моему.

– Опять ты ругаешься, – укоризненно заметил орк. – Запомни, Татьяна, даже не смей таких слов при дворе произносить.

– Когда это я ругалась? – нахмурилась я. – Если ты про хрен, то это не тот хрен. Это растение такое.

– Какое – такое? – заинтересовался Ярынг. – И что тогда другой хрен?

– Первый хрен – растение горькое, – рявкнула я, пораженная неосведомленностью орка в столь элементарных и простых вещах.