Наперекор канонам

Конечно, в присутствии двух десятков красоток любой нормальный мужчина, будь он хоть трижды девственником, постарается как можно быстрее прикрыть свою наготу. Радует, что с потенцией у Леона все в порядке. Значит, точно не голубой.

– О чем ты? – не сразу сообразил, о чем речь, маг. – А, о казни. Ну да. Хочешь, я сам убью ее, если руки испачкать боишься. Хотя я бы оставил все как есть. Она бы нас еще более мучительной смерти предала.

– Обалдеть, – рассердилась я. – Ну у вас и порядки! Будто в средневековое общество попала.

– Выбора-то особого нет, – пожал плечами мужчина. – Или самим прикончить, или соплеменницы разберутся.

– С собой в таком случае возьмем! – заорала я, теряя терпение. – Одни маньяки кровавые кругом. Лишь бы кого-нибудь зарезать или замучить зверски.

– Татьяна, – выступил вперед маг и успокаивающе положил мне на плечо руку. – Сама посуди – не тащить же нам ее в столицу. Да она и не поедет. Ты отвернись, если смотреть невмоготу, а я быстренько тут управлюсь.

Женщина печально вздохнула и склонила голову, убирая волосы с шеи. Леон привычно вытянул меч.

– Хватит! – Наверное, мой рык был действительно страшен, поскольку маг от неожиданности чуть не выронил оружие из рук. – Я говорю последний раз, – медленно отчеканила я, подходя вплотную к мужчине и тыча ему пальцем в грудь. – Она едет с нами. Если ты против – катись вместе с орком куда подальше, ищи новую невесту для императора в любом из миров.

– А я-то тут причем? – возмутился Ярынг.

– Тихо! – прикрикнул на него маг и задумался, изредка бросая тяжелые взоры на меня и коленопреклоненную амазонку. – Ну ладно, – через какое-то время с недовольным вздохом произнес Леон. – Если она согласна, то пусть едет с нами. Только чур – отвечаешь за нее ты. И при малейшей провинности ее голова покатится с плеч.

– Как сурово, – не удержавшись, фыркнула я. – Ладно. Там видно будет, что с этой девицей делать.

Амазонка впервые за время нашего спора подняла голову и с благодарностью взглянула мне в глаза.

– Спасибо, госпожа, – еле слышно прошептала она. – Я буду верой и правдой вам служить.

– Ты меня Татьяной зови, – посоветовала я. – Мы в школе проходили, что классовое неравенство к добру не приводит. И рабство – это зло.

– Повинуюсь, Татьяна, – послушно отозвалась женщина.

– Ладно, потом твоим воспитанием займусь, – решила я. – Тебя-то как звать прикажешь?

– Гайяна, – еще тише прозвучал голос амазонки.