Наперекор канонам

А как жрать меньше станешь, если вокруг сплошные стрессы?

Захлопнув за собой дверь, я отправилась к метро. Под подошвами валенок бодро захрустел снег. На душе стало чуток повеселее. Ладно, вечерком тортик вафельный куплю, побалую себя чуток. А с диетой погодим. Завтра начну худеть.

Около метро я замешкалась и, воровато зыркнув по сторонам, заскочила в маленький книжный магазинчик. Там долго придирчиво изучала ассортимент любовных романов в дешевых бумажных обложках. Наконец мой выбор остановился на пухленьком томике с заманчивым названием «Страсть в багровых тонах».

На обложке молоденькая пышногрудая девушка, выставляя все свое добро напоказ, призывно улыбалась жгучему брюнету, прячущему за спиной нож. Интересно, до свадьбы у них дело дойдет или они друг друга раньше укокошат? А еще лучше – он убьет ее на свадебном обеде прямо на глазах у многочисленных родственников с обеих сторон, которые стоя будут ему аплодировать. Правильно. Убей худышку – дай толстушке шанс на счастье. Развелось сейчас вешалок ходячих. Никак понять не могут: мужик не собака, чтобы на кости бросаться. Только и на жир он бросаться никак не хочет.

С боем отвоевав сидячее место в вагоне, я полностью погрузилась в чтиво. Один раз даже залилась краской смущения, когда главный герой втихаря тискал девушку на лестнице. Невольно представила себя на месте этой пустышки. Покраснела еще раз.

На работе уже царил аврал. Пьяные грузчики, громко матерясь, стаскивали тюки одежды в подсобку. Между ними металась Алька, моя непутевая помощница, и безуспешно пыталась подсчитать количество прибывшего товара.

– Танька, – обрадованно кинулась она ко мне. – Счастье-то какое. Прикинь, они меня совсем не слушают.

– Давай блокнот, – скомандовала я, выдирая у нее из рук тоненькую тетрадочку. – Сейчас я быстро порядок наведу.

Последовавшие после этого выражения скромно пропущу. Цензурными в них были только предлоги. Через полчаса я гордо озирала свое торговое место, где воцарилась тишь и благодать. Алька растерянно топталась около порога, умоляюще на меня поглядывая.

– Вали, – великодушно разрешила я. – Поди, сынок уже заждался.

– Спасибо, – чуть слышно пролепетала она. – Добрая ты все-таки, Танька.

– Ага, – басом пошутила я. – Сто кило доброты и душевной теплоты. На, подарок Артемке отнеси.

С этими словами я сунула дурехе в карман мятую шоколадку. Алька улыбнулась и вдруг кинулась мне на шею.

– Ты что, сдурела? – удивилась я, торопливо выдираясь из ее объятий. – Нас же в извращенки запишут.