Наперекор всему (СИ)

Никогда раньше не соглашался, считая, что это для женщин и геев, сам он благополучно обкусывал ногти щипчиками, больше похожими на мини-пассатижи. Глеб только посмеивался над ним, милый прекрасно себя чувствовал в салонах красоты, каждый раз заказывая полный спектр услуг от стрижки до массажа лица с какими-то там омолаживающими средствами. Но он артист, ему положено.

Результатом Ник остался доволен. По дороге из салона заскочил в супермаркет, затарился продуктами, твердо решив уговорить Глеба ночевать на Бардина, если тот все же потащит его в Нововнуково.

Оказавшись дома и распихав продукты по полкам холодильника, Никита уселся за ноутбук, открыл сайт с котировками и попытался сосредоточиться. Сделал несколько ставок, в ожидании результата запустил сборщика почты, лениво пробежал взглядом рекламные рассылки спортивных магазинов и турагентств, и вдруг заметил письмо с незнакомого адреса с оригинальным заголовком «Правда о Немове». Это что еще такое? Ник быстро щелкнул по письму.

В Интернете он всегда был осторожен – ни в каких социальных сетях не регистрировался, нигде свой интерес к артисту Немову не афишировал. На сайте Глеба, конечно, бывал, но как обычный пользователь.

Письмо оказалось коротким, а отправитель был ему хорошо знаком: «Нашел статью о твоем «принце», подумал, тебя заинтересует. Будет грустно – звони! Костя». Скрипя зубами, Никита открыл вложенный файл. Этот поганец его окончательно достал. Каким еще языком объяснить ему, что может быть свободен? Что какие бы гадости о Глебе он ни сообщил, Ник не заинтересуется его хлипкой тушкой?

Файл оказался сканом статьи какого-то желтого издания за девяносто пятый год.

В статье дамочка со смутно знакомым Никите именем в подробностях рассказывала, как Немов ее домогался на совместных гастролях, но дамочка не дала, потому как не хотела предавать идеалов женской дружбы, с Ирмой Немовой они находились в прекрасных отношениях. Мда, тоже мне, компромат. Оригинальнее всего было то, что статью украшало фото дамочки в вечернем платье и обнимающего ее по пояс обнаженного Глеба, а под статьей стояла его якобы собственноручная подпись, заверяющая, что все написанное – правда. Вот если бы фото и подписи не было, Ник бы еще мог поверить – флирт у Глеба часть профессии, отвешивать комплименты и намекать на большее он может походя, по привычке, не вкладывая в это большого смысла. А фото совершенно нелепое, явный Фотошоп.