Наперекор всему (СИ)

- Ничего ты ему не сделаешь, сволочь! Ты исчезнешь из нашей жизни, счастливый, что получил свои полтора ляма, и больше никогда даже не вспомнишь имя Глеба Немова.

- Да ты что? С чего бы вдруг? – щурясь от боли, затылком Ник приложил его основательно, прошипел журналист.

- С того, что такие паскуды, как ты, обычно очень хотят жить. А я тебя убью. Просто убью, если ты еще хоть раз напомнишь о себе Глебу!

Ник сделал вид, что отпускает захват, но едва Горнов отлепился от стены, Ник с размаху ударил его в челюсть, чтобы все-таки стереть эту самодовольную ухмылку, доказать, что не шутит.

Не анализируя, что произошло, не отдавая себе отчета, задыхаясь от злости и презрения, Никита от души пнул журналиста в пах и, не заметив, что тот никак не отреагировал, даже не согнулся, быстро прошел вдоль стены и вынырнул из двора.

Он надеялся перехватить такси, но как назло, не попалось ни одного бомбилы, а о том, что можно вызвать машину по телефону, он даже не подумал. Долетел до метро, спустился в душную подземку (и это зима, чем же тут люди летом дышат), плюхнулся на сидение полупустого вагона. Как во сне доехал до своей остановки, выбрался на улицу, с наслаждением глотнул морозного воздуха. Бэха смирно стояла в том же месте, где он ее оставил. Какое же счастье вдохнуть родной запах кожаного салона, отгородиться от мира тонированными стеклами, ощутить плавность хода своей девочки.

Так, а куда он, собственно, едет? Ник взглянул на часы – четверть одиннадцатого. Неужели Глеб все еще в офисе? Позвонить? Или подъехать? Ник в нерешительности сбавил скорость. Мысли путались, голова никак не желала соображать. К тому же он вдруг почувствовал, что ему дико хочется в душ. Он как будто пропитался той грязью и мерзостью, с которой ассоциировался у него Горнов. Не особо отдавая себе отчета в том, что делает, Никита свернул в сторону дома.

По лестнице поднялся бегом, забыв про лифт. Душ, горячий крепкий кофе, а потом он подумает о том, что произошло. Ключ в замке щелкнул оглушающе громко. Во всех комнатах горел свет, из спальни доносился голос спортивного комментатора. Глеб дома. Эта мысль отрезвила Ника, в спальню он зашел уже абсолютно спокойным.

Глеб лежал на неразобранной постели, по традиции пристроив под колени подушки, и смотрел футбол.