Наперекор всему (СИ)

Подарок обыграли в поздравительной речи, объявив Немова последним самураем на эстраде. Меч Глеб пристроил до поры в кабинете, в квартире ему явно не место, а в Нововнуково он не был с тех пор, как они поссорились с Ирмой. Коллектив угощать коньяком не стал, им еще сегодня работать, быстренько выпроводил – пускай едут в «Крокус», готовятся к выступлению, нечего тут маячить. Лена из бек-вокала не скрываясь строила глазки Никите, и Глеба это дико раздражало. Хоть и понимал, что Нику заигрывания барышни до лампочки, а все равно бесило.

Откровенно говоря, проще было перечислить, что его сейчас не бесило. То переживал, что никто не звонит, то нескончаемая телефонная трель стала сводить с ума. Включил телевизор посмотреть новости, сначала дергался, что про него забыли, а ведь телевизионщики приходили, с трех каналов, и нигде ни слова. Потом дождался, увидел сюжет, и пожалел, что под рукой нет ничего, что можно разбить. Нет, ну это как надо снять, чтобы он, вполне нормально себя чувствующий и прилично выглядящий, в кадре смотрелся глубоким стариком, изрядно затраханным жизнью, да еще и почему-то с грязными волосами.

Они что, нарочно? Свет так поставили? Он же помнил, как это снимали, был генеральный прогон в «Крокусе». Его посадили в пустом зрительном зале, задавали вопросы, минут тридцать записывали. А осталось три минуты в кадре, и далеко не самые удачные.

- Глеб, все нормально! – донесся с дивана голос Никиты. – Хороший сюжет о народном любимце. Показали тебя умудренным жизнью…

- Старым пнем! – продолжил за него Глеб.

– С сальными волосами.

- Ты хотел, чтобы показали секс-символ? Ну так в следующий раз и формулируй задание журналистам. А голову и правда надо было помыть.

- Это гель! – рявкнул Глеб громче, чем требовалось.

Мальчишка примолк. Ну и нечего! Умничают тут всякие.

В этот момент вошла Марина с новой пачкой бумаг.

Марина покачала головой.

- Ну тогда тащи эту макулатуру обратно! И вообще нечего бумагу переводить, все эти розовые слюни распечатывать. Все, я поехал в «Крокус».

Никита едва поспевал за ним. Возил их сегодня Игорь, так что на заднем сидении устроились рядом. Глеб опустил подлокотник и пристроил на него руку. Ник накрыл его ладонь своей:

- Успокойся, пожалуйста, у тебя же праздник!

Глеб отдернул кисть, сверкнув глазами. Может уже проще Игорю официально об и отношениях объявить? А вслух прошипел:

- Это у нормальных людей День рождения – праздник. А у артиста – каторга. Все будут развлекаться, а я пахать.