Напиши обо мне роман

Он слишком близко, но абсолютно далеко, и так демонстративно не касается меня, что это ощущается интимнее любых объятий.

— Всегда даришь деньги вместо подарков?

— Ладно, невозможное так невозможное.

Снова тихий звон бокала о мой бокал.

И отражением их соприкосновения — касание ледяных губ.

Или он имел в виду что-то другое?

Холодное, сладкое, яркое...

Не поцелуй — взрыв.

Хочется сказать: «Что ты делаешь? Зачем?»

Хочется сказать: «Не надо!»

Но никак — рот занят.

А потом уже ничего не хочется, потому что все, что я есть — лишь хрустальный ледяной звон посреди пустыни, пронзительный и отчаянный.

И губы теплеют под моими губами, а потом становятся такими горячими, что пора спасаться, ибо огонь близок. Но вместо этого я только ныряю глубже, давно привыкнув проходить ад насквозь, чтобы выйти с другой стороны.

Лучший способ побороть искушение — поддаться ему.

Здесь и сейчас это кажется мне лучшей идеей.

Мне больше не нужен воздух и больше не нужны слова. Когда-нибудь я дам имена и названия всему, что происходит, но не сейчас.

Настойчивые руки обнимают меня, сплетаются с моими, прижимают крепче к горячей под тонкой тканью груди. Я зарываюсь пальцами в жесткие волосы, глажу шею, плечи, провожу ладонями по спине. Кончики пальцев касаются моего лица — ударами тока. Электричеством выжигают путь ниже, к шее, к ключицам, к груди…

Цепочка на шее натягивается, губы отрываются от моих губ.

Я мысленно охаю. Кулон! В виде цветка с лиловыми лепестками. Ч-ч-черт…

— Ты его носишь, обманщица, — чуть задыхаясь, очень тихо говорит Роман.

— А говорила, что не понравился.

— Да, ноутбук я на шее носить не стала бы… — машинально огрызаюсь. Для таких отмазок мне не нужен мозг, у меня они подвешены на горячих клавишах, как заклинания в игре. Вдох-выдох, включаем разум — и бегом из ада обратно, пока не успела забраться слишком далеко!

— Тиш-ш-ш-ше… — бормочет он мне в шею, продолжая обнимать. — Разве тебе хочется убегать, а? Посмотри на меня.

В бриллиантовой темноте ночи зеленый колдовской цвет не виден, вместо глаз — темные омуты.

Я все еще держусь за его плечи и отпускать нет никакого желания. Он смотрит мне в лицо и смеется, опуская кулон обратно в ложбинку груди. А вот пальцы остаются там.

Взгляд — шальной, ищущий — застывающий на моих губах. Осторожный поцелуй. Короткий, нежный.

— Если бы у нас был настоящий роман, ты бы сейчас признался мне в любви, — говорю, когда становится совсем не по себе от его долгого взгляда в глаза.