Напиши обо мне роман

В общем, два «за» оставить, одно «против», причем оно самое скучное.

Я потянулась за коробочкой с часами — почему-то решила начать с нее. Как знала.

Изящная «Р» с точкой и завитушками вместо подписи.

Каллиграфии, надо думать, он тоже специально учился.

Роман мессенджеры игнорировал и упорно звонил голосом.

Он вообще был упорным. Впрочем, я уже начинала привыкать.

— Завтра вечером пойдешь на концерт? — вот и сейчас проигнорировал мой отлуп.

— Боюсь спросить, чей, — вздохнула я, покосилась на свои новые часы на запястье и провела пальцами по приятно гладкому экрану.

— А ты спроси! — подначил он.

— Нет, не пойду, мне роман надо добить, — снова вздохнула я, и на этот раз куда тяжелее. Неделя в Эмиратах сбила мне весь график, а лишние мысли об одном зеленоглазом наглеце мешали собраться и войти в него обратно. — Это, чтоб ты знал, несколько дней полного ада! Грязной посуды на всех поверхностях, спутанных дня и ночи, истерик и сгрызенных ногтей.

— Понял, уполз, — неожиданно легко согласился Роман и повесил трубку.

Я в недоумении посмотрела на телефон. Его грязная посуда испугала, истерики или ногти? Знала бы — с самого начала била в слабое место!

Финал — самая напряженная, но и самая технически легкая часть романа. Все события уже случились, история вышла на максимум эмоций, в нее больше не надо вкладывать свои чувства — теперь она их отдает.

Словно вагончик на «американских горках» карабкался-карабкался на самую высокую вершину, а я все бегала вокруг него, то подталкивая сзади, то выравнивая рельсы впереди, то успокаивая сидящих в нем людей, что надо еще немножко потерпеть, сейчас будет огнищщще!

И вот он замирает на несколько секунд в высшей точке, вздрагивает и…

Начинает лететь вниз!

 Все быстрее и быстрее — не надо толкать, не надо тормозить, надо просто успевать за ним, он уже все сам, сам, сам…

Ну и не забывай пожрать хотя бы раз в день.

Это самое счастливое время.

Начало романа тоже хорошо пишется — на самом первом вдохновении, на восторге свежей идеи.

Но оно чуть-чуть омрачено беспокойством: понравится ли читателям, захотят ли они продолжение и сочтут ли книгу стоящей покупки.

Середина — самое сложное.