Нарцисс в цепях

Тогда его заставили спустить штаны, чтобы проверить.

— Насколько я понимаю, под угрозой. — Сейчас он уже скорее посмеивался, чем злился.

— Ага.

— А второй?

— Он пытался меня изнасиловать.

У Жан-Клода глаза раскрылись шире:

— И что с ним сталось?

— Я его убила.

Он ласково коснулся моего лица:

— Я только недавно понял, почему меня так сразу к тебе потянуло почти в первый же раз, когда я услышал, как ты общаешься с полицейскими.

— Не с первого взгляда, — сказала я, — а с первого звука. Для такой любви у меня недостаточно красивый голос.

— Не надо недооценивать твой сладкозвучный голос, ma petite, но меня заворожил не он, а твои слова. С того момента, когда я тебя услышал, когда увидел пистолет и узнал, что эта хрупкая миниатюрная красавица — истребитель, я знал, что ты никогда не умрешь, тщетно ожидая, чтобы я тебя спас — ты спасешь себя сама.

Я прижала ладонью его руку к своему лицу, заглянула ему в глаза и снова увидела, что скорбь, сожаление о давней невозможности спасти Джулианну так его и не оставило.

— Так ты хотел меня, потому что я такая крутая телка?

Он позволил мне эту шутку, он даже улыбнулся, но до глаз улыбка не дошла.

— Oui, ma petite.

И я уже тихо сказала:

— Значит, Артуро хотел Джулианну.

Он медленно убрал руку."

"— А она боялась его, а мы боялись за нее. Это было двести лет назад — уже чуть больше. Ашер не был тогда так силен, как сейчас, и мы боялись, что его слуга-человек не переживет внимания Артуро.

— Знаешь, я должна спросить: насколько он был велик?

Жан-Клод развел ладони, как рыбак.

— Вот такой.

Это было примерно шесть дюймов.

— Это не так уж много.

— Это в ширину, — пояснил Жан-Клод.

У меня отвисла челюсть.

— Не может быть!

— Так и было, ma petite, я помню.

— А в длину?

Он снова показал руками, и я засмеялась:

— Да ну, брось! Шесть дюймов в ширину и больше фута в длину? Не бывает.

— Бывает и есть, ma petite.

— Но ты сказал, что Артуро был одним из фаворитов Белль. Это же значит, что она...

— Oui, ma petite. Имела с ним секс.

Я сморщилась, пытаясь найти эвфемизм, но не смогла и бухнула:

— И не порвалась?

— Способности этой женщины воспринимать мужчин были выдающимися во всем.

Да, вот это вежливо.

— Почти никакая женщина не смогла бы такое... принять.

— Да, — согласился он.

— Она хотела убить Джулианну?

— Нет, она считала, что Артуро не нанесет ей вреда.

— Почему?

Он облизал губы (что делал редко), будто был не в своей тарелке (что тоже с ним бывало не часто).