Нарцисс в цепях

— Но он же не человек, он вампир!

— Я не сказал «слугой-человеком», ma cherie.

— Так в чем же смысл?

— Я думаю... он слуга-вампир мастера-некроманта.

— Ты думаешь? — спросила я.

— Мы имеем дело с явлениями из легенд, ma cherie, с вещами, которые не должны быть возможны. Мне приходится... строить догадки.

— Догадки?

Он вздохнул:

— Если бы я сказал, что точно знаю, что сейчас происходит, это была бы ложь. Я бы никогда намеренно не стал тебе лгать.

Я возражала, протестовала, но ничего не могла сказать или сделать, чтобы это стало неправдой.

У меня есть слуга-вампир, и это невозможно. Но так или иначе, а Дамиан лежал, прижимаясь ко мне, цепляясь за меня как за самую последнюю надежду.

Ашер снова вошел в ванную, обмотанный пляжным полотенцем. Его хватило, чтобы обернуться от подмышек до икр, спрятав тело. То есть спрятав шрамы.

— У меня одежда вымазана кровью, я надеюсь, ты не возражаешь, что я его взял.

Я сама терпеть не могу ходить в окровавленных шмотках и потому ответила:

— Нормально.

Я рада, что ты нашел полотенце, которое тебе понравилось.

Он поглядел на цветастое полотенце:

— В твой халат я бы не влез.

Мне было жаль, что у Ашера такое чувство, будто он должен прятать себя, но сейчас мне было о чем беспокоиться помимо этого.

— Знаешь, если мне сейчас не удастся чуть охладиться, я либо сблюю, либо отключусь.

Он присел возле ванны, оправив полотенце на коленях жестом, который у мужчин увидишь нечасто. И потрогал мое лицо.

— Ты горишь. — Он потрогал Дамиана.

 — А у него кожа пока холоднее, чем должна была бы. — Ашер нахмурился. — Я думаю, тебе надо было бы снять часть одежды, а главное — джинсы.

Обычно у меня много возражений против раздевании на глазах у всех мальчишек, но сегодня я вполне готова была чуть раздеться.

— А как мне раздеться, не выпуская его?

— Я думаю, кто-нибудь из нас может его придержать возле тебя, пока ты разоблачишься.

— Ты думаешь, у него опять начнутся судороги?

— Можешь его отпустить, и тогда мы узнаем, — предложил Ашер, чуть понизив голос.

Я покачала головой:

— Мне надоело вытирать кровь. Лучше помоги мне его подержать.

У Ашера чуть расширились глаза:

— Я позову Натэниела.

Жар бил у меня в голове пудовым молотом боли.

— Прыгай сюда, Ашер, я обещаю не подглядывать.

Он скорчился возле ванны, подоткнув под себя каждый свободный клочок полотенца.

— Если я сброшу полотенце на пол, ты действительно не будешь смотреть?

Этот вопрос остановил меня.