Наречённая. Книга 1 (СИ)

— Он не узнает, он за сотни миль от нас.

— Ее видело слишком много глаз, слухи разносятся быстрее ветра, тебе ли об этом не знать.

— Значит, я поставлю ей клеймо на лицо, и он не захочет ее.

Я содрогнулась от произнесенных жестоких слов Маара, меня пробрал мороз, но я не шевелилась, чтобы никак не выдать своего пробуждения.

— Дело не только в красоте, она не просто девушка с красивым телом.

— Значит, мне все же придется ее убить.

— Ты твердишь, что она не имеет для тебя значения, и в то же время ты не хочешь ее ни с кем делить.

Значит, она для тебя все же имеет ценность.

— До тех пор, пока я не отымею ее во все дыры.

Проклятый ублюдок! Я сжала кулаки, а к горлу подкатила дурнота, загорелось в груди.

— Ты противоречишь сам себе.

— Кажется, мы об этом уже говорили Тхара, — прорезалось раздражение в красивом и в то же время омерзительном голосе этого выродка.

— Не нужно ее портить, Маар, сила в этой асс'aру спит, она не знает ее.

— Откуда тебе это известно?

— Я ведьма, мне не сложно узнать.

— Я не верю, она изворотлива.

Она пыталась меня одурачить, и ей почти это удалось, а потом она показала свое истинное лицо…

Повисло молчание, такое гнетущие, тягучее, оно горячей смолой облило меня, обездвижив совсем, казалось, они уже обнаружили, что я не сплю.

— Буди ее, нам нужно выдвигаться, — приказал Страж, а следом послышался шелест одежды и скрип ржавых петель.

Легкий сквозняк мазнул кожу, и я смогла свободно выдохнуть, забыв, как дышать, за ту долю мига, пока исгар покидал лачугу.

— Никогда не притворяйся спящий, он может это почувствовать.

Вообще ни в чем не притворяйся, — строго заявил клокочущий голос.

Я приподняла веки и повернула голову.

— Он может простить глупость, но не ложь. Так что тебе лучше сразу отказаться от нее.

Со скамьи поднялась морщинистая старуха со смуглым лицом и направилась ко мне.

Я поднялась, хотя это мне далось с большим трудом. Перед глазами сразу все поплыло, на языке ощущалась липкая горечь, в груди — тошнота. Все тело будто из ваты, будто все кости из меня выдернули, оставив только мясо.

Хотелось упасть обратно на постель и больше не вставать. Тхара подала мне чашу с каким-то травяным отваром, я приняла, выпив — другого выбора не было. Маар похоже не собирался задерживаться, и мне нужно восстановиться как можно быстрее, хотя все тело по-прежнему ломило, болел весь низ от пояса, саднило между бедер, но боли такой сильной, будто все внутренности выворачивает, уже не было, только неприятное стеснение внутри.