Наречённая из-за грани, или Мужья в довесок (СИ)

– Увидел её и пропал? – не удержалась я от капельки сарказма.

Сама-то я нынче мало походила на утончённую элегантную леди со злополучного фотографического портрета. Вечно лохматая, вечно ненакрашенная, вечно одетая кое-как и зачастую не в красивые платьишки. Речь не исправила, сыплю незнакомыми словами и разве что статус в соцсетях не поставила «попаданка обыкновенная». И то сугубо по причине отсутствия социальных сетей.

– Нет, – Майя глянула на меня неожиданно лукаво. – Я тебе больше скажу, дорогая моя Варвара.

До недавних пор я даже не догадывалась, что фокус интересов брата сместился с одной сестры на другую.

Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу…

Точнее, только что он с треском провалился.

Я провалилась.

Сдала себя с потрохами одной лишь фразочкой.

– Мы не… – начала я и осеклась под отвратительно понимающим взглядом Майи.

А сейчас ещё и подтвердила.

– О, так вы уже? – она повернулась ко мне. – Я сегодня заподозрила, что дела между вами пошли иначе, нежели прежде… но чтобы настолько скоро…

– Это просто секс! – выпалила я.

Вспомнила, что мы всё-таки в общественном месте, торопливо огляделась, убеждаясь, что в зале никого, кроме нас, нет, и голос понизила: – Прости, но я твоего брата не люблю. Может, есть симпатия и… влечение, не более. И меня несколько коробит факт, что вот он энное количество лет по Феодоре тайно сох, а потом после одноразового тра… одной ночи начал вокруг меня виться. Да ещё так, будто все эти годы любил меня, Варвару, а не прежнюю хозяйку этого тела.

– Уверяю, одна ночь ничего бы для него не решила, – Майя подалась ко мне через подлокотник, по моему примеру понизила голос, перейдя на доверительный полушёпот. – На самом деле брат… человек постоянный в своих привычках, тяжело увлекающийся и несильно стремящийся к переменам, когда всё наконец устоялось. И если он решается на первое и второе, то отнюдь не по легкомыслию или из-за мимолётного желания. Если он и впрямь столько лет смотрел лишь на Феодору, то…

– То что? – перебила я.

– Что бы он сделал? А ничего не сделал бы. Мало того, что любые его поползновения в Федин адрес вызвали бы повторение той давней ситуации с Алишан, так ещё саму Алишан нельзя сбрасывать со счетов только потому, что прошла любовь, увяли помидоры. Думаешь, она обрадовалась бы, если бы заметила его интерес к Феодоре? Да и Фео на него было нас… начихать.

– Но тебе не начихать, – мягко возразила Майя.

– Это ничего не значит, – повторила я упрямо.