Наречённая из-за грани, или Мужья в довесок (СИ)

Не сюрприз, конечно, просто… почему-то я ожидала, что Алишан хоть как-то подчеркнёт его особый статус.

– Разумеется, я никому из членов моей семьи не запрещала искать встреч с тобой, кем бы ты ни была. Полагала, что они сами не станут ни заговаривать с тобой, ни даже приближаться. К сожалению, Александр решил иначе. Но более тебе не о чем тревожиться – впредь мой брат тебя не побеспокоит. И ту оборванную адару, о которой ты упоминала, тоже. Ты вольна жить как сама сочтёшь нужным, те, кого ты называешь своими сочетаемыми, остаются с тобой по своему выбору и решению.

– А Дуган?

– А с ним-то что? – в прямом ледяном взоре вновь пробилось удивление, на сей раз весьма умеренное. Алишан взяла себя в руки и не собиралась раскисать в присутствии посторонних людей.

– Он… – я посмотрела в голубые глаза и поняла вдруг.

Дуган не рассказал.

Ни о встрече со мной, ни об увлекательном, пусть и недолгом путешествии в компании ветреных, ни о Костасе. Ни о своих вопросах и моих ответах. Он вернулся в Исттерский домен и ни с кем не поделился увиденным и услышанным.

– Ничего.

– Отчего ты вдруг вспомнила о нём?

– Потому что он… всё-таки Федин папа… то есть отец Феодоры.

– Дуган всё понял. Он расспрашивал меня позднее и мои ответы более чем его удовлетворили.

М-да, фигово же Алишан знает членов своей семьи…

Она вообще их знает?

Да-да, вопрос тоже риторический.

Люсьен покосился на дверь и коснулся моего плеча. Я поспешно поднялась, Люсьен следом.

– Что ж, спасибо за помощь и содействие. А теперь прошу нас извинить, мы вас оставим.

Не будем мешать.

Дверь приоткрылась, и мы с Люсьеном скоренько выскочили из гостиной. Виргил посторонился, пропуская нас, бросил на меня неожиданно виноватый взгляд. Я махнула рукой – иди, мол, надо довести дело до конца. Мне тоже не очень хочется вываливать на Алишан всё именно сейчас, но отступать некуда.

Виргил переступил порог гостиной, закрыл за собой дверь. Мы же поднялись в его спальню и завалились на разобранную кровать.

Ничего такого, просто лежали поверх смятого одеяла и таращились в потолок.

Меня нынче на постельные подвиги один хрен не хватало, а забиться куда-то надо было, желательно туда, где не будут слышны крики, вздумай вдруг Алишан побеседовать на повышенных тонах. Делать всё равно нечего, письма, фото и медальон мы сразу отдали Майе, дальше пусть они с принцессой сами разбираются. Лезть ещё и в игры подле престолов – нет уж, увольте.

Лежали мы, лежали… не знаю, сколько, пока дверь наконец не распахнулась.