Нарисованный принц

Спустя секунду, возле него появился Керри, но человек, что не знал их историю, мог принять парня за девушку. Керри долго метался между клонами, после чего опустился на землю и рассыпался в пыль. Брайан, отпихнув с дороги близнеца, побежал к Мэтту и Джейку. Последним я показала Алекса. Он уверенно шел к обрыву, отмахиваясь от призраков отчима, мачехи. Остановился он и протянул руку лишь к одному - своей матери. Но она, покачав головой, улетела, а парень продолжил путь. Он уже не видел, как за его спиной остался темный силуэт девушки, что медленно таял.

Подойдя к обрыву, все четверо сделали шаг в пропасть, а спустя всего пару секунд они поднялись на потрясающих черных крыльях. Вспышка света и надпись 'Engels of death' на черном фоне.

   - Вау! - воскликнули ребята, после того, как видео закончилось и все некоторое время помолчали.

   - Лекси, я не часто хвалю людей, но это действительно хорошая работа. С одной стороны герои очень похожи на парней, а с другой - они, будто приоткрывают занавес личной жизни парней, того, что еще никто не знает.

Прямо сейчас можно его запускать. Плакаты готовы? - спросил Поль, отводя меня в сторону. Менеджер интересовался, как мне удалось так быстро все сделать, но я лишь загадочно улыбалась. Не рассказывать же ему все нюансы компьютерных программ и бессонные ночи, проведенные за работой. Оговорив некоторые детали, я вернулась к Алексу. Парень разговаривал с Мэттом и, будто светился от счастья и гордости за мою работу.

   Так потекли трудовые будни - Алекс постепенно перевез немного вещей ко мне, хотя о полном переезде мы не говорили. С каждым днем я старалась привить Алексу доверие. Иногда уставшая и замученная я едва не прыгала от радости, когда заставляла его рассказать о себе. Он открывался мне постепенно - шаг за шагом, слово за словом, но и это уже было большущим прорывом. Я боролась. Боролась за нас двоих, видя, что он не только не хочет, а еще хуже, что боится. Каждый вечер я ждала, что он больше не придет, что ему надоест.

Надоест копаться в себе, надоест моя еда и мой дом, надоест быть со мной и захочется чего-то нового. А этот жуткий вечер все не наступал. А я боялась поверить во все это, но верила... Верила и продолжала ждать....

   Я все сильнее и сильнее привязывалась к нему. Утро без наших завтраков и пробуждений казалось невозможным. Между нами устанавливалась хрупкая нить доверия, что связывала даже вопреки нашим желаниям.