Нарисованный принц

   Дотянись рукой - твоя - нельзя нельзя

   Не смотри мне так в глаза - нельзя нельзя

   Вспоминать, как рука в руке лежала - нельзя

   Мне теперь мира мало, хоть мир во мне

   Я хочу, чтобы это был сон,

   Но по-моему я не сплю,

   Я болею тобой, я дышу тобой,

   Жаль, но я тебя люблю

   Обманув саму себя попала в плен

   Мне всю ночь играл рояль - Шопен Шопен

   Поцелуй на моих губах горит огнем

   И вся музыка сейчас ему, о нем

   Я хочу, чтобы это был сон,

   Но, по-моему, я не сплю

   Я болею тобой, я дышу тобой,

   Жаль, но я тебя люблю

   Закончив петь, я любовно приложила руку к животу.

Ведь действительно, мир теперь во мне... И не взирая ни на что, всю любовь и нежность я отдам этому маленькому счастью!

   Прошло 2 месяца...

   Сегодня я сидела в кабинете, делая набросок для визиток. Заказчик попался интересный - он владел сетью спортивных магазинов и хотел что-то солидное и в то же время современное. Ребенок толкнулся, услужливо напоминая, что пора уже мамочке отложить работу и идти обедать.

Улыбнувшись, я погладила живот, который уже был огромным. Сотрудники поначалу сочувственно шептались за спинами, пока Натка им что-то не сказала. То ли подействовала угроза увольнения, то ли она нашла какие-то другие методы, но разговоры за спиной прекратились. Вспомнив ошарашенное лицо подруги, когда я объявила, что буду воспитывать ребенка одна, я улыбнулась. В дверь постучали.

   - Войдите! - крикнула я, собирая бумаги и поднимая взгляд.

Передо мной стоял Алекс в черной рубашке с закатанными рукавами и черных джинсах. Волосы лежали в беспорядке, а на лице была легкая щетина. "Колючий" - мимоходом подумала я. Было видно, что он не ожидал меня здесь встретить и несколько секунд удивленно хлопал глазами.

   - Привет. Я вижу, ты все-таки открыла свое дело, как и мечтала. Поздравляю! - сказал Алекс, опомнившись первым.

   - Если бы не подруга, я бы так и не решилась. - Ответила я, грустно улыбнувшись.

Я долгие месяцы мечтала об этой встрече. Мечтала и боялась... И вот он стоит передо мной - такой родной и такой далекий, а в глубине моих любимых карих глаз плещется нежность и печаль. Или это только плод моего воображения?

   - Я рад, что у тебя все хорошо. - Тихо сказал Алекс, садясь в кресло напротив.

   - А как твои дела? - спросила я. В душе больше не было боли - оставалась лишь грусть из-за того, что мы расстались по какой-то глупой нелепости.