Я радовалась, находя точки соприкосновения в интересах и привычках, и все больше уверялась, что именно Риннард мой принц на белом коне. Да я Ване памятник должна поставить! Какой мужчина!
Где бы я еще встретила такого? Единственный комплекс — внешность, но рядом со мной Риннард забывался и не прятал глаза. И правильно. Лично меня Коршун заинтересовал именно своей неординарной внешностью. В общем, погуляли мы отлично, не иначе карета счастья помогла.
После очередного выхода журнала с окончанием первой книги, Риксон встретил меня недовольной физиономией и доложил:
— Его высочество Селиван расстроен финалом.
— Почему это? — усмехнулась я.
— Он ждал, что принц женится на Сардане.
Я наклонилась к художнику и заговорщически прошептала:
— Это не патриотично. Наша девушка не должна выходить замуж за чужого принца. Она всегда должна стремиться домой к своему.
Риксон округлил глаза, подумал несколько секунд, переваривая информацию, и расхохотался.
— А ведь, правда, — отсмеявшись, пришел к такому же выводу парень.
— Из солидарности к своему титулованному коллеге из другого мира Селиван не заметил главного. Эх, быть следующим королем
Кларену.
— Риксон, — недовольно одернул племянника дядя, сидящий за отдельным столом, но слышащий даже наш шепот, — дружба с его высочеством не дает тебе право нелестно отзываться о нем."
"— А чего он порицает наш роман? — задиристо ответил художник. — И между строк читает плохо. Яра, как ты назвала это искусство? Арт? Вот пусть только попробует не помочь мне с арт-улицей.
— У тебя и так дел по горло, — напомнила я.
— На пару картинок время найду. Ты же не думаешь что я один художник в Столице?
Что ж у каждого свои мечты, цели и задачи. Помогла чем смогла, описала подробно упрекнуть не в чем, а дальше сам пусть старается. Хотя…
— Риксон, а если провести опрос населения? Ну, хотели бы жители иметь такую улицу в своем городе, описанную в такой-то главе романа. Вложить в каждый журнал два красочных купона или даже три.
«Да», «нет» и «не знаю».
А возле редакции и на рыночной площади поставить по три ящика. И народ развлечется, и мы общественное мнение узнаем. Потом опубликуем результаты и его величество задумается. Ну, если многие будут «за».
— Дядя??? — подскочил с места художник от радости позабывший другие слова, зато интонация говорила лучше любых фраз. — Дядя!!!
— Надо подумать, — лорд Фартон деловито поиграл бровями. — Лично я хотел бы прогуляться по такой улице. Нет, все равно надо подумать.
