Нарисуй меня

Так что, считай, оба новички. Поехали?

Генварский дело говорил, здесь прохладно, и от его теплого свитера я точно не откажусь. Зато красиво-то как! По-другому, не так, как внизу. Прежде всего, поражает и пугает величие природы. Именно безмолвное холодное величие — бескрайние горные хребты, покрытые лесом. Непокоренная природа, что бы люди себе ни придумывали, именно она хозяйка мира, а вовсе не мы.

Тихий, еле слышный щелчок заставляет обернуться.

— У тебя такое выражение лица. — Максим довольно опускает камеру. — Я не сдержался.

Канатная дорога… Верчу головой по сторонам в надежде все успеть увидеть, запомнить, зафиксировать в памяти. Мы поднимаемся на смотровую площадку «Роза Пик». Если верить рекламному буклету, то с нее открывается прекрасный вид на горы и на море. Нам очень повезло: небо ясное, а значит, вид должен быть отличный.

Широкая смотровая площадка расположилась позади ресторана, куда Максим предложил заглянуть на обратном пути. Возможно, но сейчас еда интересует меня меньше всего.

— Нравится? — Генварский с любопытством заглядывает мне в лицо.

— А разве это может не нравиться? У тебя самого дух не захватывает?

Вид и правда потрясающий, здесь, на высоте, хочется развести руки в стороны и обнять весь мир, стать его частью, впустить в себя всю эту красоту, впитать и пропитаться ею.

— Я так и знал, поэтому и захватил кое-что. Времени у нас много… — Он замолчал и стал что-то вынимать из рюкзака. — Первые наброски можно сделать прямо здесь.

Как из рук фокусника, перед глазами появляются небольшой походный мольберт, листы бумаги и карандаши…

— Макс! Как? Ты с собой привез, да? Знал, что мы сюда придем?

Генварский довольно улыбается произведенным эффектом, а я больше не медлю и дрожащими от нетерпения пальцами делаю первые штрихи…

Я не знаю, сколько времени прошло, о нем просто невозможно думать, когда перед тобой первозданная красота. Максим уже сделал много фотографий, очень хочу на них посмотреть, но не сейчас. Сейчас хочу коснуться удивительной по красоте горной гряды.

Время от времени замечаю, как к нам подходят люди, смотрят мне через плечо, что-то комментируют, подбадривают, я оборачиваюсь и вижу восхищенный взгляд Максима. Его зеленые глаза. Цвета горного леса.

— У тебя уже замерзли руки. — Он греет мои ладони в своих, а потом подносит холодные пальцы к своим губам. — Тебе надо согреться. Идем.