Нарисуй меня

Игра окончена, ЯнварЪ. Мне нужен ты. И мое наследство.

Папина дача, через полтора часа. Время пошло»."

"Сзади гудят, сигналят. Не могу отвести взгляда от глаз, полных ужаса.

Тварь!

Гудки, длинные гудки.

Марина.

Срываюсь с места, едва не протаранив грузовик впереди. Старую дачу Навроцкого помню хорошо, дорогу до нее тоже. Другая сторона области.

Не успею.

ЯнварЪ. Именно так, с твердым знаком на конце… наш своеобразный код, позывной.

Снова длинные гудки, не берет.

День? Да. Отвечает почти сразу.

— Где Филимонов?! — рявкаю.

— Почему телефон не берет?

— У безопасников сейчас совещание с Грином. Макс… ты… случилось что?

Случилось.

— Не может быть. Ксения… — Ошалевший Дугин раздражает. Его эмоции сейчас мешают.

— Вытаскивай его под любым предлогом. Грину лучше не знать.

— Понял. Отправлю ребят к тебе. Не пори горячку, Макс. Навроцкая, если это она, не могла одна, там наверняка наемники. Дождись наших, я сам…

Отключаюсь. И снова набираю Марине. Вне зоны действия.

— Быстрее! Вон пошел!

Крик тонет в реве клаксона.

Парень на мопеде испуганно шарахается в сторону, и вовремя. Моя тачка на полной скорости проносится на красный, едва не задев пацана. Сзади и сбоку возмущенно сигналят десятки машин, но я смотрю лишь на часы.

Время уходит. Жму на газ, хотя знаю, что уже выжал из «бэхи» максимум.

Время вышло.

Вот и все! Ты проиграл, Макс. Шах и мат. В этой партии пешка никогда не превратится в королеву.

Пешку уже съели.

Игра окончена.

Сжимаю руль и… продолжаю гнать вперед.

Девочка моя родная.

Я вытащу тебя из этого ада. Вытащу и уничтожу тех, кто посмел тебя забрать у меня.

Бросаю взгляд на шахматную доску, которую Марина однажды нашла среди старья в мансарде. Сейчас лежит рядом на соседнем сиденье. Как улика. Сегодня все будет кончено.

Дорога сужается, остается всего одна полоса, домов по-прежнему много, но через десять — пятнадцать километров они исчезнут. Все, кроме одного.

Он появляется неожиданно, сразу после поворота. Стоит посередине дороги и смотрит на меня, скрестив руки.

Первую мысль пропускаю. Вторая требует нажать на тормоз.

— Как лохов последних развели! — Без приглашения запрыгивает в тачку. — Гони. Это за…?

Не вижу, но знаю, что у него в руке.

— Брось назад, потом разберемся.

— Еще долго? — Нетерпеливо смотрит на часы, я лишь сильнее сжимаю челюсти.

— Давно догадался?

— Час назад. Будто монтировкой по морде долбануло. Макс, я не оптимист ни разу, сам знаешь. Но ее не тронут. Марина им не нужна. Ты.