Народы моря

Надеюсь, ходить придется недолго, иначе натру и захромаю. В гору идем медленно, плотным строем. Если впереди засада, то жертв будет много. Стоит скатить один валун — и мы недосчитаемся несколько десятков человек. Две башни возле ворот кажутся очень высокими и мрачными, хотя выложены из светлого ракушечника.

— Сюда идите, — тихим голосом зовет Тушратт."

"Он стоит по нашу сторону ворот. Тут безопаснее. Когда начнется резня или если вдруг поднимется тревога, побежит в наш лагерь. В левой башне возле ворот небольшая ниша, за которой маленькая крепкая дубовая дверь, усиленная бронзовыми полосами.

За ней узкий кривой проход. По нему попадаем в тоннель под крепостной стеной, который ведет от ворот вглубь города. В тоннеле у обеих стен сложены большие камни и толстые бревна. Наверное, на тот случай, если понадобится заложить ворота. Пока что это не сделали, потому что были уверены, что со стороны реки штурмовать не будем. Может быть, самые ушлые предполагали в случае падения города убежать через эти ворота, сметя на своем пути наш небольшой отряд на противоположном берегу речки. В конце тоннеля с десяток вооруженных мужчин стоят возле входа в караульное помещение. Это милавандцы, якобы сбежавшие от меня пособники Тушратта. Они, действительно, его пособники, но в другом деле.

— Оставайтесь здесь, следите, чтобы никто не убежал, — говорю я им шепотом.

— Хорошо, господин, — отвечает один из них, распространяя кисловатый запах вина и жареного лука.

Я перехожу к началу широкой улицы, идущей к центру города, по обе стороны которой большие двухэтажные дома с высокими дувалами, ограждающими дворы. Слева и справа от меня становятся в шеренгу воины. Шеренга чуть уже улицы. За ней еще девять. Остальные воины образуют два отряда, которые пойдут вдоль городских стен к другим воротам, чтобы открыть их и впустить подкрепление. Вошедшие следом за нами построятся еще в два отряда и пойдут к центру города по другим улицам.

— Вперед, — тихо командую я.

Во дворе справа начинает гавкать собака. К ней присоединяются из соседних. Гавканье сопровождает и другие наши отряды, благодаря чему можно примерно представить, кто где находится. Как ни странно, до сих пор не ударили в набат. Видимо, несмотря на то, что до захода солнца никто не был повешен, апашцы уверены, что сумеют договориться со мной или что нападу не скоро, а к тому времени подоспеет помощь от хеттов.