Готовят его незамысловато, на вертеле. Шашлык показался Мите верхом кулинарного искусства.
— На кого ты дальше пойдешь? — насытившись, спросил кикон.
— Пока ни на кого, — ответил я. — Мне надо отражать нападения в другом месте, на заходе солнца, за морем.
— Жаль, а то бы я присоединился к тебе со своим отрядом! — сказал он.
— Если здесь куда-нибудь пойду, ты узнаешь и присоединишься, — предложил я.
— Нам некогда ждать. С севера постоянно приходят другие наши племена, им нужны земли. — рассказал Мита.
— Идите вдоль северного берега моря, на земли касков, — подсказал я.
— Те, кто хочет более спокойной жизни, пусть переселяются на мои новые земли за морем. Перевезу их туда бесплатно.
— Там хорошие земли? — поинтересовался он.
— Если и хуже этих, то не намного, — уклончиво ответил я.
— Скажу своим. Может, кто согласится, — с сомнением молвил кикон.
На прощанье я подарил Мите бронзовый шлем убитого мной знатного воина. Оказывается, раньше принадлежал шлем самому авторитетному из фригских вождей, который пытался объединить весь народ под своей властью.
Получается, что я разбил надежды фригов на государственность. Вот так вот, как слон в посудной лавке, неуклюжими движениями меняю историю народов, стран и империй, создавая проблемы будущим историкам, которым придется придумывать логичные научные обоснования нелогичным событиям.
Глава 89
Два года я прожил тусклой мирной жизнью. Строил и укреплял Пуплуну, которая обзавелась стенами семиметровой высоты и одиннадцатью десятиметровыми башнями, которые назвали в честь других наших городов.
Двенадцатая башня, восемнадцатиметровая, располагалась на территории дворца, вырастала из двухэтажной казармы, в которой обитала охрана и почетный караул, сопровождавший меня в путешествиях по стране. С этой башни часовые время от времени сообщали о появлении в поле видимости судов, сухопутных купеческих и крестьянских караванов и военных отрядов. Последних было мало. Обычно это правитель какого-нибудь из наших городов ехал со свитой ко мне.
Зато купцов и крестьян становилось с каждым годом все больше. Свободных земель у нас было много. За эти два года я приказал осушить болота в окрестностях Пуплуны. Теперь там были поля, дававшие очень хорошие урожаи зерновых и овощей, которые крестьяне продавали в городе. Приезжали люди разных национальностей и из разных мест. Тех, кто добирался сперва до Милаванды, перевозили бесплатно на судах, идущих сюда, если имелись свободные места.
