Нарушая правила (СИ)

Охрененно отзывчивая девочка мне попалась! Горячая, гибкая, податливая, заводится с полоборота — хочу ее еще раз. А может, и не раз, как пойдет.

Я на что угодно готов поспорить, что опыта в сексе у Вики столько же, сколько у меня в вышивании крестиком. Ни х*я, короче. Ночью действовала на чистых инстинктах. Иметь такого ангела с такими совсем не ангельскими желаниями — мечта любого здорового мужика.

Не искушенная, не испорченная, и еще херова туча «не». Никто еще не открыл ей этот прекрасный развратный мир.

Да, был… какой-то. Не девственница, не обманула. Но этот «какой-то» был не особо с фантазией. Так что она еще даже не представляет, сколько приятного может принести такая вот «возня на кровати».

— Ты правда не откроешь, м-м, Ренат?

— Не люблю незваных гостей.

— Ты офигеть, какой гостеприимный!

— О, ты еще многого обо мне не знаешь, ясноглазая.

К слову, стук прекратился. Вот-вот, секунд тридцать как.

— Мне надо хотя бы умыться. И в душ, мне надо в душ…

Я все ее гениальные идеи, вылетающие изо рта, затыкаю поцелуем.

Уже настоящим. Глубоким. На пару минут верю в то, что это утро еще можно спасти, когда ее губы начинают мне робко отвечать. Но всего пара минут…

Пока не слышу приглушенный крик:

— Если ты там шпилишь свою подружку, умоляю, избавь мою нежную детскую психику от картинки твоей головой задницы, Реня! А если ты там отбросил коньки, держись, я иду откачивать тебя Медовым Рафом! — тонким голоском из-за толстой металлической входной двери.

Меня как по башке звезданули.

— Твою м-м-мать, Роза!

— Она что, сказала «шпилишь подружку»? — распахивает в ужасе глаза Вики.

— Цветочек! Я промою ее девятнадцатилетний рот с хлоркой!

— Что за «цветочек»? И что мы будем д…

В дверном замке слышится шебуршение. Мы переглядываемся. Нет, Роза не взламывает его. У этой козы есть ключи от моей хаты, которые я, по-дурости, самолично ей вручил.

Да твою же бабушку, Швец, провал по всем фронтам!

— Она… она что, открывает дверь?!

Ясноглазая испуганно обмирает.

На доли секунды. А потом как подорвется. Как оттолкнет меня с небывалой для хрупкой девушки силой, прытко подскакивая с кровати. Начиная в неглиже метеором летать по комнате, выискивая взглядом нижнее белье и вещи, которые вчера слетали с нас от коридора до кровати в хаотичном порядке, приговаривая:

— Не суетись ты, не съест, — бросаю ясноглазой. — А ты, Роза, стой на месте! — громче в сторону коридора, поднимаясь следом, натягивая боксеры.