Нас больше нет

До утра так точно, — отрапортовал он, при этом напряженно вглядываясь в мое лицо. Словно ждал предложения остаться на ночь.

— Помнится, у тебя очень удобные сиденья в машине были, — хмыкаю я, все так же загораживая проход в дом.

— То была другая тачка. Эта чуть поменьше. Так впустишь или нет?

Я раздумываю несколько долгих секунд.

— Впущу. Только чтобы утром, когда проснусь, тебя здесь не было. — Отступаю в сторону, буравя его недовольным взглядом."

"— Не волнуйся, как проснусь — сразу же уеду, — натянуто улыбается Давид и протискивается мимо меня в дом.

Сердцебиение вновь учащается. Я оборачиваюсь, но Леонов уже исчез из поля моего зрения. Из кухни послышался звук посуды. Неужели со стола решил убрать?

Я иду в душ первой, но, как оказалось, я забыла воткнуть в розетку бойлер, и пришлось мыться под холодной водой. С Давидом столкнулись лишь раз: он нес в дом свою спортивную сумку с вещами. Он усмехнулся, я отвела от него взгляд. Мы не сказали друг другу ни слова, просто разошлись по разным комнатам.

И все же, как я и думала, уснуть не получилось. Прямо за стеной находился Давид, и это будоражило кровь. Я прислушивалась к звукам в доме, но тишину тревожил лишь ветер за окном.

Перебирала в мыслях планы на завтра, игнорировала фантазии о бывшем муже. Уснула, кажется, на рассвете. А проснулась от звука голосов. Мужского — это был точно Давид, который, к слову, должен был давно свалить, — и женского. Незнакомого, но точно принадлежащего молодой девушке.

В сердце кольнуло, в душе зародилась злость.

— …вот, еще совсем теплые. Видела вчера твою машину через окно, думала, утром ко мне забежишь, но не дождалась. Остынут же, — мило прощебетала девушка, а я отчего-то начала злиться.

Давид давно уже не мой, но ощущение такое, словно застала мужа с любовницей случайно. И от этого так гадко на душе.

— Спасибо, Кать, но не стоило так заморачиваться.

— Ну что ты, — отмахивается она, протягивая пакет с выпечкой.

Я останавливаюсь посреди коридорчика, скрещиваю руки на груди и любуюсь этой парочкой.

Они меня пока не замечают. Стоят на веранде. В дом Давид девушку пока пускать не спешит, и на том спасибо. Хотя его и самого здесь давно не должно было быть.

Когда Давид отступает на шаг в сторону, открывая моим глазам лицо собеседницы, мои брови ползут вверх от недоверия.

Катька! Черт, как же я по голосу-то ее не узнала?

Мы когда-то были лучшими подругами. До шестого класса.