Нас больше нет

Я приехала сюда, чтобы в тишине побыть. А ты мешаешь.

— Я тихо буду. Ты меня даже не заметишь.

— Ты издеваешься надо мной?

— Серьезно, Лер, остынь, — в его голосе такая усталость слышится, словно он все это время нес на себе неподъемный груз. — Я все прекрасно понимаю, как и то, что тебе рядом со мной неприятно находиться. Я сделаю свои дела и уеду. Завтрак на плите, если ты голодна.

— С каких это пор ты таким заботливым стал?

Давид не отвечает. Покидает дом и скрывается за углом. Через несколько минут слышен звук бензопилы.

Почему он здесь вообще хозяйничает?

Я взяла из холодильника привезенный мною йогурт и села за стол. Омлет и салат, что приготовил Давид, остались нетронутыми.

Я откинулась на спинку стула и достала из кармана телефон. Проверила почту, ответила на сообщения, Убедилась, что агент перечислил мне деньги на банковский счет. А потом увидела, что мне поступил новый заказ.

Какой-то бизнесмен с кучей бабла просит меня нарисовать его — цитирую: «…пристойный портрет на день рождения бабушки.

Знаю, вы специализируетесь немного на другом, возможно, подруги моей бабушки и оценили бы ваш талант отражать настолько тонко мужскую сущность, но самой бабушке это вряд ли понравилось бы. Буду рад, если вы согласитесь поработать вместе. Об оплате не волнуйтесь, можете запрашивать любую сумму».

Я улыбнулась. У этого человека было тонкое чувство юмора. Мне вдруг захотелось посмотреть на него вживую. Поэтому я ответила согласием. Будет досадно, если этим мужчиной окажется какой-то взрослый дядечка необъятных размеров.

Но отчего-то я почти уверена, что написавший мне человек молод и полон сил.

Я была так поглощена составлением колкого ответа, что не заметила, как в кухне появился Давид.

Лишь когда звякнула посуда, испуганно подняла голову.

Он был без футболки и в одних штанах, что держались низко на поясе. Бисеринки пота скатывались по его спине и груди. Я на мгновенье забылась, и мой взгляд жадно пробежался по его телу.

Рот наполнила слюна.

— Отнесу Кате ее салатник, — поясняет он, кивком указывая на посуду, что держит в руках.

— Ага, салатник. Конечно.

Он пожал плечами и вышел, я же теперь места себе не находила. Мерила шагами пространство, все выглядывала в окно. Мне должно быть все равно, чем они там занимаются, но я отчего-то злилась. Скорее всего, потому, что мы с Катей вроде как много лет соперницами были. А сейчас она моего бывшего мужа пытается соблазнить.