Нас будет трое

– Ну да, ну да, – насмешливо поддакнул он и я ощутила, как внутри зарождается какое-то очень противоречивое чувство… Я не могла понять, чего хочу больше – послать его куда подальше или продолжить этот странный, раздражающий, интригующий диалог…

От этой мысли даже стало стыдно. Она казалась какой-то кощунственной и неправильной сейчас, в этот момент времени, когда еще переживала тяжелое расставание и очередное разочарование от того, что снова потеряла того, к кому осмелилась привязаться.

– Меня зовут Валера, – вмешался в мои размышления густой, низкий голос, от которого по коже мурашки неслись стадом. – А ты – Злата, можешь не отвечать, я и так знаю.

Удивленная, я резко повернулась к нему лицом.

– Откуда…"

"Он рассмеялся и дрожь, и без того предательски расползавшаяся по телу от его близости, усилилась многократно.

– У меня просто есть уши, вот и все.

Я невольно посмотрела на этот упомянутый им орган, а потом не смогла удержаться от того, чтобы пробежаться взглядом по всему лицу – такому красивому, что казалось возмутительной несправедливостью то, что оно досталось парню.

Он неожиданно склонился ко мне – так близко, что его дыхание коснулось моей кожи…

– А еще я знаю, что ты будешь моей…

Настоящее время

Я резко распахнула глаза и тут же зажмурилась от неприятно ударившего по ним света – накануне не нашлось сил даже на то, чтобы зашторить окна.

По привычке кинула взгляд на подушку рядом с собой и с трудом сглотнула резко вставший в горле ком.

Соседняя половина постели была не смята – Валера так и не вернулся домой. Если, конечно, мучимый чувством вины, не решил лечь спать где-нибудь на кухне или в соседней комнате.

Но по вчерашнему поведению мужа трудно было заподозрить, что он вообще считает себя передо мной виноватым. Конечно, он всегда был тем человеком, который с трудом признавал свою неправоту – как и многие другие мужчины – но это ведь был совсем иной случай!

Я не знала, как повела бы себя, узнай обо всем заранее.

Да и имело ли это вообще значение? Один раз он мне изменил или это продолжалось несколько лет, один факт оставался неизменным: муж меня предал.