Нас будет трое

Сердце буквально сошло с ума, когда я увидела, что на электронную почту пришло долгожданное письмо…

Попасть по нужным кнопкам удалось далеко не сразу – дрожали руки, нервно тряслось все тело…

Но вот наконец нужный документ был открыт. Глаза сразу же нашли самую важную строчку…

И больше я уже ничего не видела. Потому что все, на что была способна – это плакать от счастья."

"– Чему ты улыбаешься?..

Услышав вопрос, я подняла глаза на мужа, вышедшего из ванной комнаты. Ну какой же он был красивый! Прожитые вместе годы сделали его лицо самым родным, знакомым до мельчайшей черточки, но не отняли у меня способности тайком им любоваться, радуясь от того, что этот мужчина – мой.

Казалось, его внешность, достойная древнегреческого бога, со временем должна была сыграть против него, превратив красивые черты лица в маску стареющего юноши, но этого не произошло. Напротив – годы сделали его мужественнее, заменив обманчивую мягкость – сталью.

В этом лице легко читалась внутренняя сила и непоколебимая воля.

Это касалось и карьеры, и личной жизни.

Казалось, муж знал, что я стану ему принадлежать задолго до того, как я сама это поняла. Но все это – его упорство, его целеустремленность, его твердость – были тем, что и привлекало меня в нем в первую очередь.

Я привстала в кровати и протянула к мужу руки, с трепетом проведя пальцами по гладкой коже груди…

– Улыбаюсь тому, что ты рядом, – ответила после затянувшейся паузы.

Он опустился возле меня на постель, наблюдая за моими движениями с ленцой хищного зверя, позволяющего играть с собой до тех пор, пока ему самому это нравится.

Этот знакомый взгляд заставил прильнуть к нему ближе, ласкать все смелее… А в груди зарождался пожар от понимания того, как мне не хватало подобной близости в последнее время.

– Злата, подожди…

Его рука накрыла мою, когда я уже подобралась к низу его живота.

– Что такое? – выдохнула, дразняще целуя мужа в шею.

Он с шумом втянул в себя воздух, но ответил поразительно твердо:

– Ты прости, но… давай не сегодня. Я так устал…

– А тебе ничего и не придется делать, – улыбнулась я, взбираясь к нему на колени. – Я просто хочу, чтобы тебе хорошо…

– Нет, – решительно отрезал он и его руки, сжавшиеся вокруг моей талии, показались мне стальным обручем, не дававшим сдвинуться с места.

– Почему? – спросила, не скрывая обиды.